Владимир БОНДАРЕНКО. ПРОСТИ МЕНЯ, ДЯДЯ ПРОНЯ!.. К 70-летию подвига

Автор: Владимир БОНДАРЕНКО | Рубрика: не указана | Просмотров: 582 | Дата: 2015-03-24 | Коментариев: 0

Владимир БОНДАРЕНКО

ПРОСТИ МЕНЯ, ДЯДЯ ПРОНЯ!

К 70-летию подвига

 

Семьдесят лет назад, восемнадцатого марта 1945 года, молодой девятнадцатилетний десантник, мой родной дядя, Прокопий Галушин поднялся из окопа с двумя противотанковыми гранатами и бросился навстречу приближающимся «Фердинандам», тяжёлым самоходным артиллерийским установкам немцев. Подорвал одну установку, а под вторую уже бросился сам с гранатой в руке. Атака эсэсовцев захлебнулась, вскоре уже наши десантники пошли в атаку…

Это был кровавый эпизод одного из самых кровопролитных сражений Второй мировой войны, когда немцы сосредоточили под озером Балатон мощный эсэсовский кулак, собрали около 400 тысяч солдат, до 6 тысяч орудий, 900 танков, и хотели смять Третий Украинский фронт, повторить наше сталинградское окружение и начать контрнаступление. Любимая гитлеровская дивизия СС «Мёртвая голова» против первых советских десантников. Кто кого? Наши ребята выстояли, и в гневе Гитлер снял своё имя с дивизии эсэсовцев, отрёкся от них, приказал спороть нарукавные почётные повязки. Но сколько погибло молодых русских солдат?

У нас в семье имя дяди Прони, младшего брата моей мамы, холмогорской поморки, было свято, мы гордились им, как гордились когда-то в дворянских семьях подвигами своих героев войны 1812 года. Портрет его висел в нашей гостиной в Петрозаводске на стене в центре комнаты. И я, и мои сёстры, и мои архангельские родственники писали в школах сочинения о его подвиге. Мама, ещё в советское время, вместе с какой-то правительственной делегацией ездила на место гибели своего брата Прони в Венгрию, под город Секешфехервар, возложила цветы на его памятник.

Потом началась перестройка, в Венгрии быстро сменили всё прорусское руководство, и я грешным делом думал, что могилы советских героев будут, если не уничтожены, то заброшены. В конце концов, Венгрия воевала на стороне Гитлера, и хортисты, в отличие от переметнувшихся живо болгар или румын, до конца держались немцев. Даже в боях с нашими десантниками под местечком Шеред кроме эсэсовской дивизии и танкистов участвовали и венгерские части. Зачем им поддерживать и сохранять могилы своих противников? И потому я как-то в своих журналистских странствиях по миру проезжал привычно мимо Венгрии, за что и упрекала меня мама. Упрекаю и я себя сейчас. Прости меня, дядя Проня, что добрался на твою могилу только к семидесятилетию твоего подвига во имя России.

И вот к семидесятилетию этого грандиозного и кровопролитного сражения, которое не забыли ни в России, ни в Венгрии, ни, очевидно, в Германии, этого последнего отчаянного контрнаступления немцев, у меня появилась возможность побывать на месте гибели моего легендарного дяди Прони Галушина. События тех дней отмечали и венгры, и наше российское посольство. В Архангельске одна из улиц носит его имя, теплоход «Прокопий Галушин» бороздит океаны, на его родине в Холмогорах стоит его бюст.

Я решил поехать вместе со своими сыновьями, Григорием и Олегом, тоже с детства наслышанных о подвиге своего двоюродного дедушки. А они уж пусть передают легенды о подвигах своим детям и внукам. Это и есть память рода. Одна семья, помнящая своих героев, вторая, третья, сотая, тысячная… так и сохраняется ныне уже национальная историческая память всей России.

У моей архангелогородской бабушки Веры Ильиничны было девять сыновей и две дочери. Все братья воевали на разных фронтах, шесть из них погибло, дочери служили в госпиталях, спасали раненых.

Моя милая, дорогая бабушка Вера Ильинична, мать девяти солдат! И что бы делали самые знаменитые и прославленные маршалы, если бы на Руси не было таких, как ты? Сейчас, когда таких, как ты, просто уже не существует, Россия еле-еле может наскрести солдат на локальный конфликт, а что будет, если повторится некий глобальный военный кризис? Исчезли такие, как ты, одна из миллионов русских женщин, в голоде и в холоде растивших детей, не получая от государства на воспитание ни копейки денег. Но кто-нибудь скажет громкое слово на нынешнем семидесятилетии Великой Победы о солдатских матерях? О тех, кто отправлял своих детей на фронт, а потом получал одну за другой похоронки. И никаких пенсий и наград, никакой государственной заботы. Вот и сейчас на её могиле в Архангельске простой крест и ничего более.

И это – мать первого в России десантника, ставшего за свой подвиг в марте 1945 года Героем Советского Союза и зачисленного навечно в списки воздушно-десантной дивизии, и ныне находящейся в Ульяновске? Может быть, командование ВДВ возьмёт шефство над её могилой? Ведь Прокопий Галушин чуть ли не первый в России из десантников стал Героем Советского Союза.

Часть его, 104-ая гвардейская воздушно-десантная ордена Кутузова II степени дивизия, была сформирована на заключительном этапе Великой Отечественной войны, 3 января 1945 года по решению ГКО, в городе Слуцке Белорусской ССР. В конце февраля 1945 года дивизия принимала участие в Балатонской операции. За штурм города Секешфехервар и разгром танковой группы немцев была отмечена в приказе ВГК. В марте 1945 года дивизия овладела железнодорожным узлом Бодайк, прорвав оборону танковой дивизии СС «Мёртвая голова» и дивизии венгров. С 28 по 29 марта 1945 года дивизия в боях на реке Раба овладела городом Санкт-Пёльтен, завершив окружение Вены, за что Указом Президиума Верховного Совета СССР была награждена орденом Кутузова II степени.

Её боевая история продолжается и по сей день. Много лет дивизия стояла в Гяндже, в Азербайджане, мне довелось там побывать с командировкой от «Огонька», видел памятник Прокопию, поставленный солдатами прямо напротив штаба дивизии. В 1993 году 104 гвардейская воздушно-десантная дивизия была передислоцирована в город Ульяновск. 13 декабря 1994 полковая группировка дивизии убыла в Чечню под командованием генерал-майора В.И. Орлова. 22 декабря 1994 года десантники вступили в первый бой под Аргуном. 5 января 1995 первый батальон сводного полка захватил населенный пункт Ханкала и аэродром с находящимися там самолёта­ми боевиков. 7 января 1995 года батальон вошел в г. Грозный. 8 марта 1995 группировка штурмом взяла Комсомольское. В марте 1996 года сводный полк освободил Ведено, в августе 1996 вёл бои в Грозном.

1 мая 1998 года 104 гвардейская ордена Кутузова II степени дивизия переформирована в 31 гвардейскую отдельную воздушно-десантную ордена Кутузова II степени бригаду, с передачей боевого знамени, ордена, исторического формуляра, принадлежащих управлению 104 гвардейской воздушно-десантной дивизии. Участвовала и в поддержании мира в Абхазии, на Северном Кавказе. В составе соединения служили, кроме Героя Советского Союза гвардии рядового Прокопия Галушина, ещё девять Героев РФ. И всегда на поверке первым называют его имя. Говорят, иной раз молодые лейтенанты, не знающие героическую историю части, паникуют, исчез солдат, ушёл в самоволку. Он и на самом деле, уже в вечной самоволке, по своей воле охраняет на небесах свою часть.

Прокопий в Архангельске закончил семилетку. После семилетки плавал на судне "Сура" и юнгой, и кочегаром, потом машинистом. Был самый боевой и самый весёлый, увлекался спортом. Любил играть в футбол. Маме и сёстрам писал письма с фронта каждую неделю. Больше писать было ещё некому, девушкой в свои семнадцать лет не обзавёлся. Ушёл добровольцем раньше своего призыва, в 1943 году. Попал в формирующиеся впервые воздушно-десантные части. Сначала воевал на Карельском фронте. Участвовал в форсировании реки Свирь. Когда форсирование удачно завершилось, часть перебросили на Третий Украинский фронт, в Девятую армию. Освобождали Венгрию. А вернее, воевали и с венграми, никак не желавшими выходить из войны, и с отборными эсэсовскими частями, брошенными венграм на помощь. Упорные бои шли у озера Балатон вплоть до самого конца войны. Немцы направили туда много новой техники: танки "Тигр", самоходки «Фердинанд". В марте 1945 года его дивизия принимала участие в Балатонской операции. Дивизия овладела железнодорожным узлом Бодайк, прорвав оборону танковой дивизии СС «Мёртвая голова» и части венгров.

18 марта 1945 года, когда началась атака эсэсовцев, Прокопий Галушин со связкой гранат бросился под "Фердинанд". Атака благодаря ему захлебнулась. Как говорили после боя бойцы, если бы не Прокопий, они бы все погибли. В июне1945 года Прокопию посмертно было присвоено высокое звание Героя Советского Союза. Его имя навечно было зачислено в списки десантной дивизии.

 

И вот таким же тёплым весенним мартовским утром, спустя ровно семьдесят лет, в марте 2015 года я с сыновьями  Григорием и Олегом на машине первого секретаря посольства России Владимира Анатольевича Семидетко приезжаем из Будапешта в город Секешфехервар, километрах в семидесяти от венгерской столицы. Владимир Анатольевич, уже давно работающий в Венгрии, следящий за всеми захоронениями советских воинов, за последние два-три года проделал огромнейшую работу по наведению всех памятников погибших воинов в образцовый порядок. Тем более, нынешнее венгерское руководство охотно идёт ему навстречу.

Меня поразило, что даже в центре Будапешта сохраняются постаменты советским воинам, погибшим не только в годы второй мировой войны, но и в трагическом для венгров 1956 году. Никакого сравнения ни с Эстонией, где не так давно убрали из центра памятник советским воинам, ни даже с Болгарией или Польшей. Увы, даже у нас в России не везде к памятникам погибших героев такое бережное отношение. Побывали мы в Будапеште ещё до поездки к месту гибели Прокопия Галушина и на митинге, где выступал нынешний лидер Венгрии, премьер-министр, глава ФИДЕС Виктор Орбан. Это благодаря его политике, Венгрия выступает против санкций в отношении России, идёт на сближение с нами по многим вопросам и внешней и внутренней политики. Думаю, и отношение к переустройству всех захоронений советских воинов тоже со стороны Виктора Орбана было самое положительное.

Огромную помощь в обустройстве захоронений за последнее время оказал Андрей Скоч, вложивший в установку памятников и монументов  советским воинам в Венгрии 5,5 миллионов долларов. И хоть в боях с советскими солдатами погибло немало венгров, как рассказал президент фонда «Поколение» – депутат Госдумы РФ от Белгородской области Андрей Скоч, местные власти способствовали и помогали фонду и реставраторам в восстановительных работах. «Они с очень большим уважением относятся к этим захоронениям», – рассказал Андрей Владимирович. «Сегодня даже самые заклятые враги стали друзьями, и кому как ни нам понимать, какой ценой это досталось», – отметил на церемонии памяти вице-мэр Секешфехервара Роу Петер.

В Секешфехерваре, где происходили, может быть, главные сражения, и постамент находится опять же в центре города, не забывают о нём и местные жители. После памятного ритуала и посещения памятника погибшим к нам присоединился житель этого города, наш русский ветеран, проживающий со своей женой венгерской в этом городе, Горбенко Александр Владимирович, полковник в отставке. Он уже сам, добровольно, занимается поисками мест захоронений советских воинов и следит за соблюдением порядка на местах памяти погибших.

На месте захоронения в венгерском городе Секешфехерваре покоятся останки более 4 тысяч советских воинов, среди которых два Героя Советского Союза. В феврале-марте-апреле 1945 года во время Венской операции здесь шли жесточайшие бои с фашистами, танковые атаки с двух сторон продолжались непрерывно. Города переходили из рук в руки неоднократно. Потери были серьёзными.

«Русское кладбище» появилось здесь уже в 1945 году – практически в центре города, на территории местного кладбища. Сюда свозили павших советских воинов со всей окрестности – имена, звания, фамилии многих были неизвестны.

Судьбой воинских захоронений за пределами России занимались многие, но вот реальные действия были предприняты фондом «Поколение», которое возглавил депутат Госдумы Андрей Скоч. Проект реставрации включил воссоздание памятников в граните, устранении многочисленных ошибок на надгробных плитах и обелисках, обустройство территории. Параллельно выполнена сверка с данными архивов, что позволило выявить имена 741 солдата и офицера, которые ранее считались неизвестными. Дотянулась рука фонда «Поколение» и до маленьких венгерских селений, куда мы дальше и отправлялись. Сначала в деревню Шеред, на окраине которой погиб в бою Прокопий Галушин. Первоначально его в этой деревне и похоронили в братской могиле, но при переустройстве всех воинских захоронений, прах Прокопия перенесли в другое местечко Бодайк, где и установили небольшой памятник герою. Помню, ещё мама моя сомневалась, а перенесли ли сам прах, но так ли это важно – памятные знаки героям стоят и в Шереде, и в Бодайке. Я вместе с сыновьями посетил оба захоронения. Да и Владимир Анатольевич Семидетко настоял на том, чтобы фамилия храброго десантника была и на памятной стеле в Шереде, и на памятнике в Бодайке. Нашлись московские чиновники, которые увидели в этом какое-то нарушение, мол, где-то фамилию надо снять. Эх, поменьше бы власти этим московским чиновникам. Погиб-то Галушин в Шереде, там был захоронен, пусть и сохраняется его имя на братской могиле.

Возложили мы в Шереде и венки, и букеты цветов, а дальше двинулись в Бодайк. Небольшая деревня на пять тысяч человек, на южной окраине главной улицы посёлка находится место захоронения советских воинов. Условно одна братская могила на десять человек с общим постаментом и четыре одиночных постамента героям. К скверу примыкает и улица, названная венграми в честь героя Галушинской улицей. В центре захоронения в небо торчит высоченный символический штык. У памятника моему родному дяде мы и остановились, возложили цветы, открыли бутылочку хорошей русской водки, привезённой из Москвы, налили по традиции и Прокопию стопочку и накрыли хлебушком, налили и себе по стопке. Старший сын Григорий прочел заупокойную литию, отслужил Малую Панихиду, секретарь посольства сказал слово о подвиге, я повинился перед дядей за своё столь долгое отсутствие, младший сын Олег поблагодарил своего дедушку Проню за спасение отечества. Вспомнилось мне стихотворение моей младшей сестры, карельской поэтессы Елены Сойни, уже бывавшей ранее здесь, в Бодайке, посвящённое нашему дяде Проне:

 

БАГРЯНЫЙ ЦВЕТ НА НЕБЕ ВЕКА…

...Рассвет в Бодайке – утренняя месса.

Мы с мамой, ночь не спавшие, идём,

забрезжил первым светом окоём,

преображая исподволь предместье.

Над Венгрией ещё такая рань,

и высвечены только обелиски,

и каждая отточенная грань –

как позывные фронтовой радистки...

………………………………………

А «фердинанд» идёт, распятием

тебе грозя,

и даже некому с проклятием

взглянуть в глаза.

Не подвела бы связка наших

ручных гранат!

Взрыв –

оглушительный и страшный!

Сбит «фердинанд».

Каким бы чудом очутиться

в морях родных,

забыть о жуткой веренице

зверей стальных,

забыть, как приходилось звёздам

слетать с орбит,

и стать ещё

хотя бы взрослым...

Убит.

Багряный цвет на небе века,

Багряный цвет в наряде венгра.

Судьбой и памятью одной

соединились той весной

волна его родного моря

с мадьярской светлою волной.

 

Скажу честно, меня поразило столь бережное отношение венгров к захоронениями русских и советских солдат и первой, и второй мировых войн, и даже событий 1956 года. Дело не в политике, и не в отношении к прошлой войне, венгры чтут память погибших воинов на территории своего государства. Уже тысячелетия несёт свои воды мощный и величественный Дунай, всё также бьют многочисленные горячие минеральные источники, превращая Венгрию, а особенно район озера Балатон, в мировой оздоровительный центр, и все исторические события, начиная с кельтских походов, когда и был зарождён город Будапешт, бережно фиксируются и сохраняются этим деловым и доброжелательным народом.

Естественно, нельзя умалять роль российского посольства, работы русских поисковиков и фондов памяти, но при всей их старательности, наткнись они на враждебность властей и политической элиты, как в Эстонии, и ничего бы подобного не было.

Для меня эта поездка на могилу героически погибшего родного дяди стала важнейшим событием. Эту эстафету памяти героям России я передал своим сыновьям.

А ведь у каждого из россиян к 70-летию Победы найдётся о ком вспомнить, найдётся, кому передать эстафету памяти. Вот это и будет наш главный Антимайдан, против которого бессильны все усилия разрушителей нашей исторической и культурной памяти.