Николай ЗИНОВЬЕВ. НАЧАЛО БУДУЩЕГО ДНЯ… Стихи

Автор: Николай ЗИНОВЬЕВ | Рубрика: ПОЭЗИЯ | Просмотров: 130 | Дата: 2018-09-16 | Комментариев: 6

 

Николай ЗИНОВЬЕВ

НАЧАЛО БУДУЩЕГО ДНЯ…

 

У МОГИЛЫ ОТЦА

Грусть моя здесь, как тень, невесома,

Ведь как время над нами ни властно,

Я надеюсь: мы встретимся снова,

А иначе жизнь просто напрасна.

А иначе зачем тогда эти

Верба, речка, дорога, стога,

И вприпрыжку бегущие дети,

И плывущие вдаль облака…

 

* * *

Сижу я тихо, как в засаде,

На звёзды колкие гляжу.

Чего, – меня спросите, – ради?

Я ничего вам не скажу.

 

Вдруг слышу, где-то в отдаленье

Шум крыльев, ближе, ближе и –

Ударил свет в глаза мои,

И вот оно: стихотворенье!

 

Явилось собственной персоной,

Сидит на краешке стола…

Недаром ночь была бессонной,

И ненапрасной жизнь была.

 

НОВИЗНА

Ужас этой новизны

В том, что как ни силюсь,

Мне уже не снятся сны

Те, что прежде снились.

А та девушка, что мне

Нравилась когда-то,

Села бабкой на скамье

И глядит куда-то

Сквозь прошедших вёсен дым…

Подхожу: “Здорово!

Что, Максимовна, сидим?”.

Боже, как всё ново!..

 

* * *

Душа в тревоге и в смятенье,

Она вчера узнала с грустью,

Что мы сегодня – тень от тени

Того, что раньше звали Русью.

 

И тёмным силам потакая,

Бросаясь в злую круговерть,

Не говори, что жизнь такая.

Такая жизнь – скорее смерть.

 

ЗАБРОШЕННЫЙ ДОМ

Этот дом давно заброшен,

Потемнел фасад, как лик.

Став приютом диких кошек,

Дом весь сгорбился, поник.

 

Он, как все, боится смерти

И скрипит во всю длину:

“Долго я не протяну

Без хозяина, поверьте”.

 

Дом похожий на страну…

 

В ЛЕТНЕМ КАФЕ

По столику бодро бежит муравей.

Сижу под раскидистым вязом,

И каждым мгновением жизни своей

Незримому Богу обязан,

Как эти деревья, как эта трава,

Что даже асфальт пробивает.

Понятное дело, что мысль не нова,

Так что ж меня дрожь пробирает?..

 

* * *

Ну всё, покинь долину грёз,

Не доводи себя до слёз,

До дрожи,

Ведь ты поэт седобородый,

А не плаксивый мальчик, но

Это, по-моему, одно

И то же.

 

* * *

Точно знаю: где-то во вселенной

Есть и старый пруд, и камыши,

Только там они уже нетленны,

Там живёт душа моей души.

 

Трудно это выразить, понять –

Все слова и мысли будут постны.

Надо только голову поднять

И смотреть, смотреть, смотреть на звёзды…

 

* * *

Душой невесть куда летящий

Винюсь пред Богом и людьми,

Что не дорос до настоящей,

Всепоглощающей любви.

 

Есть у меня жена и дети,

И я люблю, конечно, их,

Но каждый час и каждый миг

Я всё равно один на свете.

 

По этой горестной примете

Определяется поэт.

Да если б все законы эти

Я раньше б знал, то… впрочем, нет.

 

Пускай всё будет, как случилось,

Я всё приму как Божью милость.

 

СТРАХ БОЖИЙ

На ветку села стрекоза –

Какие страшные глаза!

На что они похожи?

Никак понять я не могу,

И вот уже стремглав бегу,

И дрожь бежит по коже.

 

Моё сознанье терпит крах,

Трещит по швам моя свобода –

Так ощутил я предков страх

В четыре года.

 

С тех пор тот страх живёт во мне,

Мы вместе жизнь свою итожим –

Его, оправданно вполне,

Я называю Страхом Божьим.

 

* * *

Просыпаться ещё до рассвета –

Как же всё-таки здорово это!

Дружным хором поют петухи,

В голове никакой чепухи,

Чуть заметно движение плавное

Наползающих облачных гряд,

С речки тиною пахнет, но главное:

Люди – спят.

 

НОЧЬЮ

По гулким улицам вселенной,

Прицелясь в светлое окошко,

Крестясь мигалкой и сиреной,

Летит на вызов неотложка.

 

Успеет или опоздает?

Не отвечает Тот, Кто знает.

А звёзды, что с них взять? Горят,

О чём-то звёздном говорят,

До нас им вовсе нету дела…

А неотложка-то успела.

 

НОВОГОДНЕЕ

Попрошу Тебя я, Отче,

Ты избавь меня хоть нА год

От пустых ненужных тягот,

И продли ещё на гОд

Моих мыслей крестный ход.

 

Да, прошу не по заслугам,

И поэтому с испугом

Жду, под свист и плач метели,

Что же будет в самом деле?..

 

НИЩИЙ

Круглый год он спал под лодкой,

И звезда сквозь щёлку в днище

С неземной улыбкой кроткой

Разговаривала с нищим.

 

Он однажды не проснулся

От тоски или от водки.

И его похоронили,

Как в гробу, в прогнившей лодке.

 

Я назвал бы жизнь жестокой,

Но опять – смотрите! – вот

Он к звезде своей далёкой

В лодке по небу плывёт…

 

* * *

За окошком заря разгорелась,

И какая-то птица свистит.

Может быть, она плачет навзрыд,

А я думаю: ишь как распелась!

 

Ничего я не знаю вполне,

Лишь какие-то строю догадки.

И вот это пятно на стене –

То ли солнечный зайчик из кадки,

То ли знак кем-то посланный мне?

Ничего я не знаю вполне…

 

ИРИНЕ

Ирина – утро моих глаз,

Прими, родная, без испуга,

Что, как и всех, спасает нас

Непонимание друг друга.

 

Твоя душа, как храм бела,

Моя – портовая таверна,

Ты если б это поняла,

Давно б с другим жила, наверно.

 

ПОЛУДЕННЫЙ СОН

И плод иссох, и злак поник.

Природа ждёт грозу, как гостью.

А я – седой и злой старик –

Иду, с трав пыль сбивая тростью.

 

Я так устал, что лёг в стерню,

Вдохнул степные благовония…

И снилось мне, что я не сплю,

И что Россия – не колония.

 

ПОМНИШЬ?

Помнишь, как гуляя по аллеям,

Чтоб не взмыть, мы за руки держались…

Только разве мы “переболели”?

Разве мы с тобою “разбежались”?

 

Если до сих пор, хотя и глуше,

Слышу я далёких дней тех скрипки,

Да и ты не просто так от мужа

Прячешь их на дне своей улыбки?..

 

ВСЁ ПРОСТО

                  Ирония – тоски сестра родная,

                  В ней таинство печали всех времён.

                                    Евгений Баратынский

Удивительно всё просто:

Жизнь, дорога до погоста,

Крест могильный в лунном свете,

И немного погодя,

Гроб причалит, как ладья,

К берегам, где нету смерти,

Где никто не смотрит косо,

И всегда над головой

Небо цвета купороса…

Как всё просто, Боже мой!

 

ОСЕННИМ ВЕЧЕРОМ

Снова этот стылый ветер

Начинает свой допрос:

“А за всё ли ты ответил

Зло, которое принёс?”.

 

“Не за всё, – я отвечаю, –

Но я справлюсь, улетай”.

И запить пытаюсь чаем

Страх возникший невзначай.

 

А душа болотной выпью

Где-то прячется в груди,

Знает, вечная, поди:

Столько чаю я не выпью…

 

УТРО ЯЗЫЧНИКА

Он проснулся от шума машин,

За окном ещё солнце не встало.

Глянул в зеркало: сетью морщин

Мир покрылся и смотрит устало.

 

Он вернулся вчера с похорон –

Нету больше ни дядьки, ни тётки.

Говорят, что какой-то Харон

Их увёз в продырявленной лодке,

 

Что увёз, мол, от пущей беды,

Что ещё не такое бывает…

И холодной “летейской воды”

Он стакан до краёв наливает.

 

СУДЬБА

Словно в ближний лесок за грибами,

Я за счастьем отправился бы,

Если б реже сшибались мы лбами

С несдвигаемым камнем судьбы –

Искры сыпались густо и часто,

И траву выжигали вокруг…

Не написано видно мне счастья

На роду почему-то, мой друг.

 

ОЧАРОВАНИЕ

Плывут по небу облака,

И не смотреть на них – крамольно,

Вот и смотрю, и мне невольно

Светло становится и больно,

Как и тебе, наверняка.

 

Явь приближается ко сну,

И юность – грёз моих царица

Меня в далёкую весну

Ведёт, и розово клубится

Туман, который льёт река,

А я сквозь веки – нет, – века

Смотрю, как тают облака,

Плывут и тают…

 

ТОПОЛЬ

Этот в два обхвата тополь

Среди прочих – аксакал,

Я под стол пешочком топал,

А он пух уже пускал.

 

Он мне душу грустью полнит,

И так будет до конца,

Ведь он видел, слышал, помнит

Моего отца…

 

ЗНАК

Вокруг всё лживое, киношное,

Я настоящему – чужой,

Я отыскал тропинку в прошлое

И отдыхаю там душой.

 

Хотя и там хватает всякого,

Но объяснить я не могу:

Зачем, чуть что, туда бегу?

Наверно, это всё же знаково.

 

СТРОКИ

Я о ласковой женщине грезил,

Время молча сожрало мечту мою.

Я на гвоздь свою лиру повесил

И не грежу теперь, просто думаю.

 

Приближается жизни околица,

Где смертельно белеет ромашка.

Если это не грех, пусть помолится

Обо мне молодая монашка.

 

СОН

Дождь лупит в стёкла ледяной,

Мне снится сон перед восходом:

Я отправляюсь в мир иной

Со всей страной, со всем народом.

 

Нам слышен всем вороний грай,

Он духа нам не поднимает,

И каждый ясно понимает,

Что мир иной – не только рай.

 

Навстречу призраки несутся,

И клочья дыма над болотом…

Ты дай мне, Господи, проснуться

Со всей страной, со всем народом!

 

* * *

Посадил у дома ёлку,

Подарил мне сына Бог.

Только мало в этом толку –

Я Россию не сберёг.

 

Потерял я дух свой ратный,

Но храню надежду я,

Что вернёт страну обратно –

Навсегда! – мой сын Илья!

 

* * *

Пишу правдиво и не мелко,

А это радует не всех.

Моя поэзия – не белка,

Из рук берущая орех.

 

Моя поэзия – волчица:

Клыки, подтянутый живот.

Но только, может, так случиться,

Что белка дольше проживёт.

 

СЛУЧАЙ “НА ПРИРОДЕ”

Отдыхали на полянке,

Как не надо отдыхать.

Ну, а к вечеру по пьянке

Нож решили пометать.

 

И когда он впился в древо,

Что средь трав сухих торчало,

То оно, скривясь от гнева,

Не по-русски закричало.

 

И всем сразу поневоле

Нам дошло: мы в Диком Поле.

 

ЕЩЁ О РОССИИ

Считать ли это благодатью, –

Но в мире нет страны такой,

Где столько б иноземных ратей

Свой вечный обрели покой.

Пришлось землёю стать всем им.

Мы “иноземный” хлеб едим.

 

ПОЭТ

Быть “на ты” с любою бездной,

Открывать в общеизвестном

Неизвестные слои,

Краски новые свои,

Чтоб словами передать их,

Души грея и знобя…

Приходить всегда некстати,

И совсем не знать себя.

 

ВЛАЖНЫЙ ЛУГ

Место детских игр моих,

Ты на свете много прожил,

Но злой век тебя настиг

И, настигнув, уничтожил.

 

Но ты в памяти моей

Всё такой же яркий, влажный,

Вижу в лужице твоей

Я кораблик свой бумажный,

 

В небе вижу я шары,

Мягких тучек завитушки,

В параллельные миры

С кочек прыгают лягушки…

 

* * *

С недоумением гляжу

Как я уже перехожу

Долину страха и печали,

Шурша опавшею листвой.

И переходным возраст свой

Я называю, как вначале…

 

ВНЕ СЕБЯ

Судьба жестока и капризна,

Я, негодуя и любя,

Который год твержу: “Отчизна,

Приди в себя!

 

Приди в себя, моя Россия,

Ну, что ты веки опустила?

Отбрось отчаянье и грусть,

И я в себя с тобой вернусь”.

 

ПЕСНЯ

За речкой колокол звонил,

Когда я песню сочинил.

 

В ней нет ни музыки, ни слов,

Она из грёз моих и снов.

 

Стою, печали не тая,

Ведь слышу песню только я.

 

Найти к другому сердцу путь,

Как бесконечность обогнуть…

 

* * *

Снова слышу я невнятно

Голос сердца своего,

То ли всё ему понятно,

То ли вовсе ничего.

 

То ли сладок, то ли горек

Древа Жизни спелый плод.

Белизна больничных коек,

Мрачных мыслей мерный ход.

 

Спит, похрапывая Саня,

Мы в палате с ним вдвоём.

Как огромен плот незнанья,

На котором мы плывём!..

 

СКВОЗНОЕ

Какой же, нынче невозможной,

Когда-то жизнь моя была.

Как шелест листьев, бестревожной,

Прямой, как в поле колея.

 

Я видел душу каждой вещи,

Я чуял крылья за спиной,

Ещё светло, а не зловеще,

Сияло небо надо мной.

 

С друзьями бегал по отаве

Худой и гибкий, как лоза.

Я страсти к женщинам и к славе

Не посмотрел ещё в глаза…

 

Я слишком длинно говорю.

Я был в раю.

 

…Откуда этот ветер дует

Такой холодный и сырой?..

По чистоте своей былой

Душа тоскует…

 

ВСЕЛЕНСКАЯ ТОСКА

На ковш Медведицы Большой

Глядим всю ночь вдвоём с душой.

 

Никто не помнит там о нас,

Хотя мы были там не раз.

 

В душе нет места для обид,

До дна ковш горечи испит.

 

Плыву на лодке по реке,

Остановились на руке

 

Часы мои. А, пусть стоят,

Мне всё равно, я принял яд

 

Вселенской приторной тоски.

И пусть стучится кровь в виски,

 

В душе нет места для обид…

Светает. Ветрено. Знобит.

 

* * *

Алеет новая заря,

Мы просыпаемся, пьём кофе.

И это всё благодаря

Тому, Кто спас нас на Голгофе,

Тому, кто принял на Кресте

Мученья тяжкие без жалоб.

Всегда об этом и везде

С тобой нам помнить не мешало б.

 

* * *

Дождь. Ветер. Ночь.

             Жена в больнице.

За сотни вёрст я слышу стон,

Но я устал уже молиться,

Смыкает веки мои сон.

 

Печальна страждущих обитель,

Где часто прячется беда.

Скорее, ангел мой хранитель,

Лети туда!

 

* * *

Когда я был бессмертным,

Ночами спал в стогу.

Стоял июнь бессменный

Со стадом на лугу,

 

С прохладой в шумной роще,

Где было много птиц.

Я был светлей и проще,

Хоть и не падал ниц

 

На пол прохладный храма,

Как падаю теперь

В дыму стыда и срама,

Под тяжестью потерь…

 

* * *

                Памяти брата, умершего

                                 во младенчестве

В оболочке тленной

Пребываю здесь.

После во Вселенной

Растворюсь я весь.

 

И мой каждый атом –

Вечности открыт –

С атомами брата

Встретится навзрыд.

 

РОССИЯ

Как бы я ни просил,

Всё взамен предлагая,

Из всех бывших Россий

Мне досталась такая:

 

Полутьма, полусвет,

Крови рыжие пятна.

Что в ней есть, чего нет

Никому не понятно.

 

А голота и рвань,

Внемля лживым глаголам,

Платят страшную дань,

Что не снилась монголам.

 

ОСЕННИЕ СТРОКИ

Облетает листва, а душа обретает

Пусть не райский, но всё же какой-то покой.

Всё, что было, прошло. То, что есть, исчезает,

Гаснет, словно огни за ночною рекой.

 

И нельзя объяснить, и скрывать невозможно

Эту светлую грусть, что покою сродни.

Где-то в заводях гуси гогочут истошно,

И легки на подъём навсегда уходящие дни…

 

* * *

За стенами увитыми плющом,

Под крышей черепичною и мшистой,

Ей тычется в колени кот пушистый,

И снятся сны, где счастье бьёт ключом,

 

Где муж её целует на бегу,

Спеша на службу… Завтракают дети…

А впрочем, точно знать я не могу,

Что снится старым девам на рассвете.

 

СМЯТЕНЬЕ

Я сам писал, что жизнь права,

Так почему ж я пропадаю,

И с каждым утром в рукава

Я всё труднее попадаю?

 

Не годы ль бьют через края?

Я стал расплёскивать свой кофе.

Мне стало сниться, будто я

Весь век свой прожил на Голгофе.

 

И с каждым днём страшнее жить,

Вопросом мучаясь глубинным:

Ужасней в жизни не любить

Или никем не быть любимым?

 

* * *

Этот ветер с поречья

Дует ночью и днём.

Позабытых наречий

Много слышится в нём.

 

Дует ветер с поречья.

То ли я, то ли ты –

На песке человечек

Оставляет следы,

 

Оставляет с надеждой,

Что вернётся сюда.

Притворяется нежной

Ледяная вода…

 

ОДНАЖДЫ

В чистом поле и роще

Изумительных фраз

Я старался стать проще

Каждый день, каждый час.

 

Но печальный и тощий

Мне явился Сократ:

“Не старайся стать проще,

Проще некуда, брат”.

 

ПОЭЗИЯ

Сидела Она на постели,

И ногти отчаянно грызла,

И звёзды в окошко смотрели

На Мачеху здравого смысла.

 

Вдруг встала она, как воскресла,

И песню запела такую,

Что я, словно вдавленный в кресло,

Сижу с той поры и тоскую…

 

* * *

Ликуют Каины и Хамы,

И всё длиннее бедствий ряд.

Друзья мои, идите в храмы,

Пока они ещё стоят.

 

Пока в них славят Иисуса,

А не сгустившуюся мглу,

Пока усердно чья-то Муза

Всё ещё молится в углу…

 

РОМАНС ДЛЯ ЛЮБИМОЙ

Любви земной незрима суть,

Как кровь, струящаяся в жилах.

Я ни обнять, ни оттолкнуть

Тебя, любимая не в силах.

 

Ты ничего не говоришь,

Но всё в глазах твоих читаю.

И ты, как прежде, не паришь,

И я, как прежде, не летаю.

 

Хочу всё вспомнить и забыть,

И боль убить другою болью.

За неумение любить

Господь карает нас любовью.

 

* * *

Страна двенадцати морей,

Когда-то ты была моей

 

От океана до ручья.

Теперь ты, я не знаю, чья?

 

Всё те же дыбятся моря.

Страна родная, не моя,

 

Один я вышел в страшный путь,

Чтоб вновь тебя тебе вернуть.

 

В сияньи будущего дня

Ты, возвращённая, меня

 

Отыщешь с лирою моей

На дне двенадцати морей…

 

НОЧНОЕ ВИДЕНИЕ

Холодно в небе луне,

Куртку ей тёплую брось.

Света хватает вполне,

Чтобы всё видеть насквозь:

 

Видеть, как ширится тьма,

Видеть, как пятится свет,

Видеть, как сходит с ума,

Спившийся с горя поэт…

 

* * *

Обратный отсчёт начинает кукушка у речки,

И я начинаю свой танец старинный от печки.

И в новую высь поднимаюсь на старой волне с замираньем,

И жаль, что всё это лишь кажется мне утром ранним…

На самом же деле, я юность свою давно прожил.

А может, и это мне только лишь кажется тоже?..

 

ЛЮДИ

Люди в пылу безрассудных амбиций

Продали душу, а с ней и мозги.

Смотрят друг другу в пустые глазницы,

Ну, и понятно, не видят ни зги.

 

Тянет подземным их всех притяженьем,

Странность движений и скованность фраз

Вряд ли послужат кому утешеньем.

Всё это вижу, и жалко мне нас…

 

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Начало будущего дня

Меня застало не в постели,

Я шёл, травою шелестя,

Там, где свистели коростели.

 

И было радостно душе,

Что улетучились печали,

Что птицы на меня уже

Внимания не обращали,

Совсем, как в детстве… Боже мой!

И после этого домой

Опять вернуться стариком?!

Я не хочу. И что мне делать?..

 

ПОКЛОННИЦА

Давай сначала успокоимся,

Моя давнишняя поклонница.

 

Когда купаюсь в твоих косах,

Я забываю о вопросах,

 

Что прежде мучили меня.

Спасибо, милая моя.

 

Но ты, как прежде, молчалива,

Не потому ли, что ты – ива?