Игорь МАЛЬЦЕВ. МЫ ДЫШИМ ВОЗДУХОМ ОДНИМ. Стихи

Автор: Игорь МАЛЬЦЕВ | Рубрика: ПОЭЗИЯ | Просмотров: 96 | Дата: 2018-09-04 | Комментариев: 2

 

 

Игорь МАЛЬЦЕВ

МЫ ДЫШИМ ВОЗДУХОМ ОДНИМ

 

* * *

По лону солнечной реки

Скользит мотор над бездной плёса;

Лучей волшебные пучки

Куда-то вниз уходят косо.

 

Вдали — белёсая коса

На синем фоне переката.

С утра там чайки, чудеса,

Хороший клёв наверняка там.

 

Затоки живностью полны.

Всё ближе берег, ждать недолго.

Вон там — косичками волны

Босой песок ровняет Волга.

 

На расстоянии броска —

Сверкнуло дно. По грудь? По локоть?

Его стиральная доска

Вот-вот коснётся нас полого.

 

Разливом мнимой тишины

Вдруг обрывается вибрато.

Мы дышим воздухом иным.

И так не хочется обратно!

 

* * *

Лесная земляника — прелесть лета!

Меж листьев огоньки такого цвета,

Что к ним бегу навстречу, забывая,

Что я в лесу, в районе Алтыная,

В каком-то незапамятном году...

Но я не заблужусь, не пропаду:

Со мной наш пес... тебя я помню, Азик...

 

Полдня трудов... на всех — литровый тазик!

И каждой ягодки я вспоминаю вкус,

Хоть выразить словами не берусь.

Я помню девочку — подружку, ровню...

А тучи комаров — почти не помню.

 

* * *

Нам домой торопиться не надо.

Умный пёс, ты с улыбкой молчишь.

Здесь — сосновых стволов колоннада,

Земляника, маслята и — тишь.

 

Мы без спроса гуляем по залам,

Ищем ягоды, где захотим;

И, как бабушка верно сказала,

Кружку — в дело, четыре — съедим.

 

Сверху — шустрые белки резвятся;

Высоты не знаком ли им страх?

Мне смотреть туда боязно, братцы!

Где запуталось солнце в ветвях.

 

Редкий луч пробивается ниже,

Полосато ползёт по сосне

И кору золочёную лижет

До зелёных, замшелых корней.

 

Прячет тайну грибного процесса

Прошлогодний игольчатый щит;

И утроба голодного леса

Так отчаянно дятлом урчит.

 

* * *

Родители за Волгу брали нас...

До той поры, когда купили дачу,

Чтоб тратить время. Ваше не потрачу —

Не про рассаду поведу рассказ.

 

С ночёвкой так: палатка, сумки с весом...

Бамбуковые удочки несу...

На самую широкую косу —

Устанешь по песку скрипеть до леса.

Натащим дров, а ночью от костра

Взмывают искры, тая между звёзд

Медведицы, засмотренной до слез...

От дыма. Так смотрел бы до утра...

На Волгу и на берег отдалённый,

Где химзавод курящим маяком

Торчит как флаг рабочего района;

Бурелый дым уносит ветерком...

Везёт нам: ветер правильный — от нас,

И воздух чист, хотя и полон мошек.

Пройдёт баржа и оживит атлас

Ночной воды мерцающих дорожек.

Я в линзу набегающей волны

Бросаю луч фонарика мгновенно —

И на меня глядят из глубины

Зубастые создания вселенной.

 

* * *

Вороне нравится французский:

Она твердит картаво «кра!».

Ей переулок гулкий, узкий —

Аудитория с утра.

 

Влетают утренние звуки

Из приоткрытого окна,

Стамеской полусладкой муки

Дробят, дробят остатки сна.

 

Ворона, где твой репетитор?

Угомонись минут на пять!

Не для того окно открыто...

А... все равно пора вставать.

 

* * *

Изучив систему правил

На планете золотой,

Я один тихонько правил

Тектонической плитой.

 

За краями ходит жижа,

То прозрачна, то густа.

Я один загадку вижу

Полосатого шеста.

 

Те, кто бредит, что едины,

А не знает, кто сосед,

Мне кричат: «Уйди со льдины»,

Возомня, что правил нет.

 

Дорогие «про» и «анти»,

Посмотрите за края!

Суетиться перестаньте,

Айсберг собственный кроя!

 

* * *

Как твёрдый слух о скором бунте,

Как вместо хлеба сладкий кекс,

Текущий властвует контекст.

Не сразу верится? Так плюньте!

 

Натренирован слух и твёрд,

Но по-другому отчего-то

Звучит одна и та же нота,

Когда меняется аккорд.

 

* * *

Узок круг людей далёких

От народа, от страны.

Призрак Лондона увлёк их,

Мол, не все у вас равны.

 

Вы деритесь, мы рассудим.

Знаем, царь у вас сердит:

Не даёт свободным людям

Брать у Ротшильда кредит.

 

* * *

Бери ипотеку — пока молодой!

Банкирам нужны должники.

Смелее! Не чешется разве ладонь

Счастливой на деньги руки?

 

Других обойти по жилью торопись,

Вселяйся в заложенный дом.

Тебе не сейчас, а потом скажут «брысь!»,

Но ты не заботься о том!

 

О мрачном грядущем не надо сейчас,

Потом — да поможет Авось.

Живи не по средствам, живи напоказ,

Коль жить простаком довелось.

 

* * *

Непросто разделить огонь и дым.

Как день и ночь. А вечер так внезапен!

И гуси вдоль забора лебеды

Стремятся в дом, который днём не заперт.

 

Не гложет их сомнений сладкий яд.

Всё будет ладно, лишь бы Сам не запил.

Откормленные гуси не летят

На чей-то юг, тем более на запад,

 

Где зеленью заведует Уолл-стрит,

Являя миру профиль ястребиный,

Где попугайчик соколом парит

Над частными просторами чужбины.

 

* * *

Пьют банкиры за свободу

Собственных затей;

Пьют за право за собой да

Лозунг «а затем».

 

Пьют за то, чтоб (гром сразит их!)

Всех дурить гуртом;

Чтобы сущность паразитов

Не раскрыл никто.

 

Произносят тост за тостом,

Выпьют — и опять.

И конечно, пьют за то, чтоб

Деньги в рост давать;

 

Свысока на всех смотреть и

(Вы удивлены?)

Умереть за час до третьей

Мировой войны.

 

* * *

Чужие души траль не траль —

От новой ржи не оградим их.

И разлагается мораль

Из-за молчания терпимых.

 

Застойный год лениво шёл

В тени возвышенной науки.

Играли булочкой в футбол

Больших людей плохие внуки.

 

Полезный гений длинных рук

Проспал подмену идеала,

И банда жадная хапуг

Росла, росла — и властью стала.

 

Теперь зовёт играть в игру,

Меняя правила по ходу,

И говорит с трибуны «ru»

Литературному народу:

 

«Пиши стихи, являя прыть

И арсенал рекламных асан!

Поэтом можешь ты не быть,

Но потребителем — обязан».

 

* * *

Ветер колышет сиреневый куст.

Снова на акцию едем.

Вот бы услышать из дедовых уст

Несколько слов о Победе.

 

Смотрит портрет, но во взгляде, увы,

Кроется что-то другое:

«Мы победили буржуев, а вы

Сдали страну им без боя».

 

* * *

Когда лет тысяча пройдёт,

Состарится архив,

Вздохнут историки: «Ну вот»,

С трудом его открыв.

 

Потом, дыханье задержав,

Чтоб плесень не вдохнуть,

Увидят промахи держав

И где был верный путь.

 

В прямом эфире для зевак,

Открывших рта овал,

Объявят неизвестный факт

И кто его скрывал.

 

* * *

Коллективный Запад,

Глубже яму вырыв,

Нас зовёт, а сам под

Дудочку банкиров

 

Пляшет толерантно.

Манит одержимо,

Обещает грант нам,

Только наступи, мол.

 

В яму не полезем!

Не поверим снова!

Обломаем спесь им:

«Запад» — просто слово!

 

Показал правдиво

Многолетний опыт:

«Запад» с «коллективом»

Рядом быть не могут.

 

* * *

Когда трудился у штурвала

Достойный член КПСС,

Страна повсюду успевала

Ввиду космических чудес.

 

Но только чуть недосмотрели —

Как у руля уже другой:

На хитром пленуме в апреле

Лукавил рыночной рукой.

 

Реформе тоже нужен кормчий.

Один. И выбор невелик.

А судьи кто? Да те же, корм чей.

Но мутен оборотня лик.

 

Свобода жадностью чревата.

За сорок лет чужой мечты

И лотерейного разврата

Прогнило общество почти.

 

Немудрено, что падки дети

На косметический гламур,

Когда и сверху стали петь им:

«Повсюду штиль, зачем ты хмур?

 

Зачем нам парус на мели-то?»

Не углядел ни я, ни ты,

Что ядом вражеским полито

Бюро цикадной суеты.

 

* * *

Дитя умнеет не от розг,

Не в дрессировке «на» и «give me»;

Природой так устроен мозг —

Всегда сверять себя с другими.

 

Ребёнок учится не сам,

А на родительском примере.

Не доверяйте голосам,

Что Водолея служат эре.

 

Не говорите, что враги

Вам не страшны, пока все дома.

Уже им дали рычаги

Для ювенального отъёма.

 

Они давно уже, не вдруг

Внедрили стоимостный стимул.

Через психический недуг*

Мы русским выправим мозги, мол.

 

Не нужен ядерный анчар,

Порвать лишь связи поколений, —

И будет стадо янычар,

А там и маугли последний.

 

———————————

* Имеется в виду капитализм как психическое расстройство, характеризующееся стремлением к прибыли. Пораженный капитализмом считает стоимостный критерий главным критерием хозяйственной деятельности и оценивает человека по его богатству или способности приносить прибыль.