Вячеслав ЛОБАЧЁВ. В ОБЪЯТИЯХ АДА. О сборнике стихов Виктора Хатеновского «В застенках рая»

Автор: Вячеслав ЛОБАЧЁВ | Рубрика: РЕЦЕНЗИЯ | Просмотров: 516 | Дата: 2018-07-06 | Комментариев: 0

 

Вячеслав ЛОБАЧЁВ

В ОБЪЯТИЯХ АДА

О сборнике стихов Виктора Хатеновского «В застенках рая»

 

Наши промозглые будни редко приносят радостные минуты. Однако иногда они случаются.

Передо мной лежит, ещё пахнущая типографской краской, книга Виктора Хатеновского «В застенках рая». Можно сказать, что в ней отражён солидный этап творчества поэта. Именно этап, а не итог, ибо итог, на мой взгляд, подводить ещё рано. Возможно, ещё точнее можно сказать, что этот сборник относится к разряду избранных стихов. Так ли это? Всё в руках автора.

Вот как начинается одно из стихотворений, написанное шесть лет назад:

В пятьдесят восьмом году

(Без волос, без соски)

Вынырнул в земном аду

Виктор Хатеновский.

С той поры – полсотни лет,

Став адептом Рая,

Странствует взрывной поэт –

В форме самурая…

 

Первое же стихотворение, открывающее сборник, датировано 1981 годом. Выходит, что в него вошли стихи, написанные без малого за сорок лет работы за поэтическим станком. Солидно. И самое главное – здесь нет проходящих стихов. Это настоящая крепкая поэзия.

Стихи завораживают. Читаешь иного автора, и уже с первых строк можно понять, о чём стихотворение. У Хатеновского всё не так. Каждое стихотворение удивляет своим сюжетом, философскими размышлениями, неожиданной рифмой, а то и юмором. Это именно те составляющие, которые делают поэзию настоящей поэзией.

Сквозь игольное ушко

Не пролезет верблюд?

Вы напрасно, старушка,

Раскудахтались тут.

Круглосуточно (где-то

На просторах страны)

Сквозь отверстие это

Пролезают – слоны.

 

Следует отметить, что автор и его лирический герой неразделимы. Хатеновский без всяких изысков и красивостей, честно и правдиво пишет о себе. Почти каждое его стихотворение обладает подтекстом, заставляет читателя задуматься, что этими словами хотел сказать поэт, и что он не сказал.

Вот стихотворение, «маме, Нине Павловне», посвящённое:

Сколько непритворных слёз,

Бедствий, стрессов нервных

Отпрыск ваш вам преподнёс,

Будучи, во-первых –

Хворым, хрупким, щипцовым,

Вздорным… С колыбели –

Плакальщицы стадом злым

Над блаженным пели:

«Для тебя под Минском вы-

Выдолблена яма!»…

Где б я был, когда не вы,

Дорогая мама?

 

В конце сборника Виктор Хатеновский поместил свою краткую биографию, в которой отражены основные этапы его жизненного пути. И многое в ней остаётся за кадром, без объяснений и подробностей тех или иных поступков. Ведь Виктор всю жизнь стремился стать актёром и стал им! Но как?

Два года проучился в Белорусском театрально-художественном институте, но в 1980 году был отчислен вроде как «по собственному желанию», а на самом деле «за излишнюю разговорчивость и дурной характер». Но зато в 1985 году окончил Саратовское театральное училище и… стал работать слесарем-сборщиком, потом грузчиком, затем сменил массу разных специальностей и… лишь в 2007 году возобновил занятие актёрской деятельностью.

С уверенностью можно сказать, что если бы у Хатеновского не было такого громадного перерыва между поиском вынужденного заработка и выходом на сцену, то вряд ли из него мог получиться такой интересный актёр и поэт.

Эти испытания родили у Виктора Хатеновского такие строчки:

Октябрь. Слякоть. Листопад

Флиртует с ветром. День обвалом

Надежд отмечен… Двое спят,

Укрывшись плотным покрывалом.

Ночная мгла не так страшна

Содружеству… В застенках рая

Жена, как смерть, ему нужна;

Ей нужен муж, как боль зубная.

Так – было, есть. Так будет впредь.

Вновь умертвив в октавах звуки,

Она рискует – растолстеть,

А он состариться от скуки.

 

Но почему-то у поэта отсутствуют стихи, связанные с «рабочей темой». О любви (и прекрасные стихи!), о жизни и смерти, о власти, о стране – сколько угодно. А вот о том, «как я пахал у геодезистов» – ни строчки. Этому есть своё объяснение. Видимо, все эти работы и шабашки были проходящими. Ведь поэт всё это время мечтал о театре, а всё остальное – по боку. Вот стихи, затрагивающие тему театра, – пожалуйста. Хоть один штрих, но обязательно хоть где-то промелькнёт.

Колеса на рельсах вальсируют. Близко

Глухие задворки вечернего Минска;

Где я, театральный пройдоха и урка,

Впервые залягу под скальпель хирурга.

Вокзал, чертыхаясь, злословит от боли,

Всевышний настойчиво в уши глаголет:

«Блаженный, не дрейфи! Без слез и без торга

Тебе еще, знаешь, лет сорок до морга».

 

Ещё одна тема, которая прослеживается с первых страниц сборника и которая волнует автора, – это «власть и политика». Поэт, как истинный гражданин своей страны, не может не откликнуться на безобразия, что творятся вокруг. Ненавидя чиновников всех мастей и олигархов, казнокрадов и правителей, он расстреливает их своими стихами. Была бы возможность, то можно было бы показать хорошую подборку таких стихов. Однако ограничимся лишь тремя.

Ах, Россия-матушка – сумасшедший дом!

Сколько слез замешано в голосе твоём!

По брусчатке каменной – загодя поплачь –

Вновь пройдётся каином молодой палач.

С грохотом да с хохотом гаркнет: «Что ж ты, мразь,

Возле места лобного мордой месишь грязь?!

Брось скулить, уродина! Все-таки не зря

Строила ты, холила спецконцлагеря!».

                                                                 (19.08.1991)

 

День вздыбился сугробами.

Мороз воскрес… Метель

Неистовствует – чтобы мы,

Как в прорубь, в канитель

Потешных игр с вакханками

Вгнездились, раздразнив

Асфальт, разбитый танками,

Блиндаж – альтернатив,

Чтоб прошагать жизнь набело,

Не проклинать судьбу…

Чтоб курва-власть не грабила

Страну и голытьбу.

                                                   (1993)

 

Киев – мать городов русских –

Ты нам, Киев, не родня.

Зверь – дурной товарищ.

Страх из жизни упразня

В отблесках пожарищ,

Не поддавшись сатане,

Возле волнореза –

Будем помнить – как в огне

Корчилась Одесса;

Как под тяжестью грехов

Звери, душегубы

Баб, младенцев, стариков

Превращали в трупы,

Как в украинскую плоть

Подселяли бесов…

Пусть спасет тебя Господь,

Мать головорезов!

                                               (2014)

 

Трудно после таких стихов рассуждать о творчестве Хатеновского. Нужно взять тайм-аут, передохнуть, перекурить…

Однако в запасниках поэта есть тема, которая, так или иначе, всплывает почти в каждом стихотворении. Это тема Бога. В зависимости от желания автора она меняет окраску: Господь выступает в разных ипостасях, все, что мы можем найти в Библии, преподносится под разным углом зрения.

Например:

Кружусь я вздыхая

Над раем, над адом:

Вас вновь, дорогая,

Со мною нету рядом…

 

Или:

Пусть на Кронверкском валу захлебнемся кровью,

Пусть в сибирских лагерях околеем – все ж

Мы заткнем глухую пасть светскому злословию,

Окунем святую ложь в старческую дрожь!

Титулованная мразь балуется раем.

Мы, под красный календарь, чтя Господень гроб,

Пашем, сеем, спину гнем, отдыху не знаем,

Да от злости зверю в лоб запускаем дробь.

 

И наконец:

Сдув пыль с нательного креста

Мечтаешь ты сыграть Христа?!

Опомнись! Ты анфас и в профиль –

Готовый к бою Мефистофель.

Угомонись! Встряхнись! Без пауз

Вновь над тобой горланит Фауст.

Твоим притворным клятвам рада,

Комедиант, – роль Герострата.

Тартюф, Нерон, Шпигельский, Квази…

Как много в жизни яркой мрази!

Зачем тебе, сдув пыль с креста,

Играть – распятого Христа?!

 

Трудно в сборнике Виктора Хатеновского «В застенках рая» обнаружить какое-то несоответствие реалиям нашего мира. Да, там есть резкие выражения, нелицеприятное упоминание наших власть имущих, развенчивание мифов… Возможно, кому-то это не понравится – противоречит их эстетическим взглядам. Что ж, всем мил не будешь. Только нужно помнить, что это наш мир, наша жизнь, наша действительность.

Внимательно читая сборник, постоянно задавал себе вопросы: «Неужели действительно всё так хорошо? Неужели не к чему придраться? Да не может такого быть!».

И вот в замечательном стихотворении, посвящённом Марине Цветаевой и написанным в пору своей поэтической молодости, я обнаружил у Хатеновского некоторое несоответствие.

За неженскую

Мощь и силищу

Твоим словом я

Воздух вымощу.

За талант в крови –

На глазах – толпы

Я слезами Вам

Ноги вымыл бы.

 

Ничего не заметили? А здесь присутствует некоторая неточность: автор обращается к Цветаевой то на ты, то на Вы. Пустяк? Как сказать. Чтобы исправить этот казус легче написать новое стихотворение.

И всё-таки у книги есть один главный недостаток – она слишком быстро кончается. А её хочется читать и читать… до бесконечности…

 

 

 

 




Прикрепленные изображения