Александр БОБРОВ. БЕРЁЗКА ЖИВАЯ И МЁРТВАЯ. К 70-летию «Берёзки» и после странного «мыла»

Автор: Александр БОБРОВ | Рубрика: ПОЛЕМИКА | Просмотров: 185 | Дата: 2018-04-26 | Комментариев: 0

 

Александр БОБРОВ

БЕРЁЗКА ЖИВАЯ И МЁРТВАЯ

К 70-летию «Берёзки» и после странного «мыла»

 

Весь центр Москвы издалека похож на Токио: полыхают розовым сакуры. Только они не сакральные и ароматные, а – искусственные, аляповатые, вызывающие негодование последних русских в столице. Но собянинские телеканалы снимают радостные лица москвичей и гостей столицы, фотографирующих друг друга на телефоны. Сам мэр Собянин, готовящийся к переизбранию, заявил, что «раньше москвичи все мрачные ходили», а теперь, при нём-то, улыбаются. Но москвичи всегда любили живые липы и берёзки. Последних – почти не осталось на городских улицах и даже в парках. А ведь это – символ России, перешедший в название легендарного ансамбля. Хочу напомнить, что в мае 1948 года на сцене театра московского сада «Эрмитаж» впервые на широкой публике 70 лет назад поплыл знаменитый хоровод «Березки». Как впоследствии рассказывала руководитель коллектива, давным-давно в память ей врезалась старинная литография, на которой были изображены девушки в народных костюмах, с веточками берез. Спустя годы этот образ был воплощён на сцене и выступление имело грандиозный успех – вскоре Надежду Сергеевну пригласили в Министерство культуры, предложили заняться созданием профессионального ансамбля. Название уже было готово – «Берёзка»…

И вот на экраны канала «Россия-1» вышел фильм, спекулирующий на прославленном названии – мёртвый, никакой, построенный по худшим сериальным шаблонам. Действие ленты охватывает трагический период перестройки, крушения державы и всей государственной культурной политики – с 1984 по 1991 год. У руководителей ансамбля, как раз в момент распада Союза, тоже всё стало разлаживаться, житейские метания и провалы преследуют и смазливых танцовщиц. Хотя сначала героине везло: худрук ансамбля Надежда Светлова (Лидия Вележева), причёской и чертами лица напоминающая Надеждину, понимает, что полы у нее моет настоящий самородок! Правда, с самого начала зрители обалдели: было сказано, что героиня работает на швейной фабрике, а показан был ткацкий цех. Режиссёр Александр Баранов не понимает разницы? Разглядеть талант из народа помогла простой костюмер Лариса (Нина Усатова), которая сразу проникается теплым чувством к бойкой девчушке. Вроде бы и в ансамбле всё наладилось, а в коллективе, где некогда выступали только девушки, появились и мужчины, умело демонстрирующие свои таланты и достоинства. Одну из главных ролей в картине исполняет Мария Порошина. Ей это особенно близко, поскольку отец актрисы на протяжении десяти лет выступал в коллективе. Он-то знает, что ещё в 1959 году женский коллектив, изображавший девичьи мечты и ожидание женского счастья, пополнился танцорами-мужчинами по требованию руководительницы, которую критиковали за разрушение буколического образа. Переживания со сцены перелились и за кулисы. Ну, и в мыльном нескончаемом сериале – их с лихвой. Но как всё это вяло, неинтересно, предсказуемо, хоть и на фоне танцев.

Выдающийся, но подзабытый поэт Александр Прокофьев писал:

У песни всё дело в зачине,

Где встали слова на места,

И только по этой причине

Она открывает уста.

 

Крах начинается с частности – с зачина телесериала, с песенной поделки, открывающей каждую серию, с саундтрека, выражаясь не по-русски, тем более, что и у авторов фамилии не русские: музыка – Дмитрий Мосс, стихи – Любовь Лерокс. Вот какой они предлагают рефрен, который сразу оглушает банальностью слов и мелодии:

И без крыльев умеют летать…

Далеко.
                   Распускаются утром цветы,

И спешат исполняться мечты,

И до счастья рукою подать… 

 

Эта красивость предваряет действие фильма о тех, кто жил искромётным фольклором, выразительной народной песней, образным словом. Мой давний друг и соавтор – недавно ушедший выдающийся музыкант Виктор Темнов – композитор, музыкант-виртуоз, народный артист России, работал с 1959 по 1989 год в хореографическом ансамбле "Березка", начинал под руководством самой Надеждиной. Был баянистом-танцором, хормейстером, дирижером, зав. музыкальной частью ансамбля. Автор знаменитых песен «Московская кадриль», «Кнопочки баяные», «Я деревенская» рассказывал на вечере памяти нашего общего старшего друга – самоцветного Виктора Бокова: «Виктор Фёдорович дружил с Надеждиной, очень много помогал ей во всём, на ходу сочинял для ансамбля. Балетные девчонки из ансамбля «Березка» не только танцевали, а ещё сами же и пели… Сегодня у нас эстрадные певицы уже не поют, просто не умеют петь, а балетные девчонки из ансамбля «Березка» пели всю жизнь, пока работали там (причем пели они не под фонограмму, а живьём)… У них было несколько номеров, где надо было в легких платьях из кринолина танцевать вальс берёзок и петь песни – так, чтобы их было слышно в микрофоны, которые отстояли от них далеко, когда девочки танцевали и пели:

В серебряном платье 

Берёзка стоит…

 

Виктор Фёдорович писал тексты для них, которые должны были звучать на три голоса, чтобы было такое многоголосье и чтобы это было интонационно чисто. Например, он написал такие живые стихи: 

Зимушка холодная, двинскАя, 

Падают снежиночки, друг друга подгоняя…

 

Мой друг Саша Аверкин написал музыку к этому тексту…

Боков, Аверкин, Темнов – хранители Русской песни, продолжатели её традиций, авторы полюбившихся народом шедевров! Где же их отзвук в фильме? Почему прямо не брать фрагменты, под которые и танцевала на сценах всего мира прославленная «Берёзка»? Нет, надо многозначительно накручивать в начале и по ходу какую-то смазь:

Собирает любовь волей случая

Половинки в единое целое,

Только пишется жизнь, как получится

Многоточьями черным по белому…

 

Как получится?! Да прототип главной героини Надеждина – пример устремлённости, творческой воли, строительства собственной судьбы! Настоящая фамилия Надежды, рождённой в Вильно — Бруштейн. Ее мать была известной писательницей. Когда еще школьницей дочь сказала Александре Яковлевне, что хочет танцевать, та приняла это известие без всякого энтузиазма. Но Надя настояла на своем, потому что с детства особенно удавались ей народные танцы. Ученица знаменитой Агриппины Вагановой, еще не закончив балетную школу в Петрограде, уже получила предложение работать в Большом – на первом же экзаменационном показе и в 1925 году она стала самой молодой артисткой, принятой в труппу Большого театра. Во время войны работала в составе фронтовых бригад, была балетмейстером ансамбля Сибирского военного округа и Карельского фронта, руководила балетным отделением Московской эстрады. После Победы ей предложили стать постановщиком танцев в народном хоре города Калинин (сегодня Тверь) – именно тогда, когда она моталась на работу из Москвы в Калинин, было время обдумать заветную мечту – создать уникальный народный ансамбль. И она не ждала, когда мечта «сама исполнится», а упрямо воплощала её в жизнь. Ход хоровода по солнечному кругу, особый невидимый шаг, драматургия в лирических отношениях – всё это её находки. А что на экране? Нескончаемые склоки, сведения счётов да бытовые любовные метания с изменами и пьянками. Из творческих находок и железных примет – памятная водочная этикетка тех лет…

Народная артистка СССР Надежда Надеждина получила все мыслимые звания, награды и регалии. Но вдруг в появившейся по горячим следам от премьеры «мыла» статейке читаю: «В конце жизни Надеждиной много доставалось за «нерусское происхождение», за еврейские корни. Звучали упреки, что созданный ею ансамбль, мол, никак нельзя назвать русским – дескать, посмотрите на его основательницу, даже внешность которой далека от славянской». С чего это авторша взяла? Герой Социалистического труда Надеждина руководила без упрёков и трудностей «Березкой» больше тридцати лет, практически до последних дней своей жизни. Затем, в 1979 году, новым руководителем ансамбля стала ее помощница, ведущая солистка «Березки» Мира Кольцова, настоящее имя которой Мириам Равичер. Корреспондентка еврейского онлайн-центра спросила Миру Кольцову:

«– Не секрет, что основательница «Березки» Надежда Сергеевна Надеждина была дочерью известной писательницы Александры Бруштейн и внучкой Якова Выгодского врача, идишеязычного литератора и министра по еврейским делам Литовской республики, погибшего в Виленском гетто. Как относились в то время к тому, что создательница народного ансамбля, ставшего визитной карточкой России, еврейка по национальности?

– О том, что дедушка Надеждиной возглавлял еврейское ведомство в Литве, я узнала только после ее смерти. Об этом мне сообщили в Израиле. Ее мама, Александра Бруштейн, была потрясающей писательницей и просто чудесным человеком – я застала ее, когда она, к сожалению, уже почти ослепла. В их доме не было принято акцентировать внимание на национальности. Знаю, что отец Надеждиной был врачом. Какое-то время они жили на Волге – это определило любовь Надежды Сергеевны к русскому народному танцу. Она была очарована хороводами, которые на природе водили девушки. Буквально заболела этим русским народным танцем. Надеждина носила фамилию одного из своих супругов. Вопрос национальности мы с Надеждиной никогда не обсуждали».

Коротко, внятно, достойно. Эта женщина, посвятившая всю жизнь духовному детищу, стала гордостью России, продолжением её родовой и художественной памяти. Где всё это в сценарии, в фильме, в глазах актёров? И это не просто художественный провал, который разозлил поэтессу Лидию Григорьеву: «Приболела, пришлось пялиться в телевизор. И вот... Какая фальшивая мерзость – финал пошлейшего сериала о якобы ансамбле "Березка"! За тридцать лет герои не только не состарились, но и не поумнели. И никакой истории знаменитого ансамбля... Простите, разозлилась...». Это – свидетельство того, что на ТВ загублена сама национальная культура, подлинность её убита на корню: всё, мелькающее на экране – от вступительной песенки до банальных сцен измены и репетиций в соблазнительных трико – могло происходить где угодно, где научились делать коммерческое кино и разводить домохозяек, хотя не уверен, что они этот фильм смотрели и сопереживали, как той же песни Виктора Темнова на стихи Петра Черняева «Я деревенская»:

И спеть смогу, и сплясать смогу

А полюблю кого, так навсегда!

 

Ничего-то делатели пластмассовой «Берёзки» не смогли…

 




Прикрепленные изображения