Александр РАЛОТ. ДЯДЕНЬКА КРЕЗ. Рассказы из цикла "Двор моего детсва"

Автор: Александр РАЛОТ | Рубрика: ПРОЗА | Просмотров: 261 | Дата: 2018-04-16 | Комментариев: 1

 

Александр РАЛОТ

ДЯДЕНЬКА КРЕЗ

Рассказы из цикла "Двор моего детсва"

КРЫШЕЧКИ

 

Весна на Кубани. Надеюсь, что на этот раз настоящая. Не какие-нибудь февральские окна, когда вдруг ни с того ни с сего плюс двадцать. А на следующий день минус три. Почки на деревьях вот-вот лопнут, и тогда заметёт по улицам моего родного Краснодара метель. Но не из холодных снежинок, а из тёплых бледно-кремовых лепестков абрикоса и жерделы.

Сижу на лавочке возле маленького литературного музея. Люблю это место. А всё потому, что когда-то жил рядом. Бабушка рассказывала, что отец, прихрамывая (даже спустя девять лет после окончания страшной войны раненая нога давала о себе знать), нёс вякающий комочек, то бишь меня, на руках. Целых восемь кварталов от роддома. Во дворе соседней пятиэтажки я постигал свои первые мальчишеские университеты. Ребята постарше уже ходили в ФЗУ (фабрично-заводское училище) или в школу рабочей молодёжи. От их спецовок приятно пахло машинным маслом и соляркой. Играли в «пожар» на самые настоящие деньги. Монетки клались одна на другую, образовывая столбик. Его разбивали свинцовой битой (вызывали пожар), а затем его тушили. Битой стучали по краю монеты, стараясь её перевернуть.

 Если удавалось, то деньга по праву твоя. А мы, "мелочь пузатая", наблюдали, хлюпали носами и жутко завидовали. Наши просьбы дать денюжку для игры заканчивались одинаково, то есть материнским подзатыльником: "Ишь, чего удумали. В азартные игры потом и кровью заработанные спускать. Хочешь денег? Бери. И ступай быстренько за керосином. У меня примус вот-вот потухнет. Чем батю твово кормить буду? И чтобы одна нога здесь, а другая там. Иначе отцу вечером всё расскажу. Он тебе от себя ещё леща добавит!". Почему мне от уставшего отца достанется рыба, было непонятно, но интонацию материнского голоса я начал понимать с самого "пупенка". А посему хватал бидон и мчался на звук гудящего рожка. Таким нехитрым способом продавец горючего созывал к себе покупателей, разъезжая по району на бричке.

Наши отцы были мужчинами суровыми, но понятливыми. Посовещавшись, они придумали для нас "детский пожар". Монетки заменили на крышечки от пивных бутылок. (Хмельной напиток в жестяных банках появится у нас в стране лишь лет через сорок.) Стояли рядом и смотрели, чтобы, орудуя тяжеленным слесарным молотком, пацанята ненароком не тюкнули себя по пальцу. Частенько случалось и таковое. Ор пресекался на корню: "Мужик ты ли нет! Терпи и мотай на ус. Стучать надо по краю крышечки, чтобы, значит, края, которые загибаешь, ровненькие были. А у тебя не монетка получается, а этот, как его, прямоугольник или кривоугольник. Давай сын, старайся. В жизни, старик, всё пригодится! Мотай себе на ус!". Мы с ребятами дружно крутили головами, ища старика. И смотрели друг на дружку. Но признаков усов не наблюдалось ни у одного из нас. Взрослые пацаны посмеивались над самопальными денюжками, но тоже внесли в правила игры свою лепту. Постановили, что простая белая крышечка – это копейка. Если жёлтая, то её номинал уже гривенник. То бишь десять крышечек. А от воды с мудрёным словом "Нарзан" стоит целых пятьдесят. А ежели у кого вдруг отыщется крышка от импортного напитка, то такая одна будет стоить целых сто нашенских. Но это навряд ли. Разноцветные только в кино и бывают.

 

Спустя пару месяцев во дворе уже были асы "детского пожара". У удальцов, по их словам, были заговоренные камни. (Свинчатки – те самые биты из мягкого металла, понятное дело, нам никто не давал!) Именно такие камни всегда летели точно в цель, вызывая "пожар". И с их помощью вихрастый счастливчик становился богаче на пять, а если сильно повезёт, то и на целых десять крышечек.

Догадайтесь с трёх раз, кто в нашем дворе был самым главным неудачником-неумехой. Правильно – ваш покорный слуга. Сколько я камней перепробовал. И на берегу реки собирал. И на соседнюю стройку бегал. Даже смолой их обмазывал, чтобы лучше к крышечкам прилипали. Всё без толку. И с правой руки кидал, и с левой. Без разницы. Мои каменные биты всегда летели не туда. "Пожара" не было. И даже когда до меня доходила очередь стучать по крышечкам, загнутые кругляшки упорно не желали переворачиваться. Наконец, наступил тот ужасный день, когда в нашем доме не нашлось ни единой крышечки. На мои мольбы: "Мама, дай копеечку на ситро. Пить дюже хочется" – последовал мгновенный ответ: «Во дворе кран имеется. Пей, хоть залейся».

Только бабушка всегда входила в моё положение. Но она приезжала в гости исключительно по воскресеньям, да и то не всегда. Значит, до выходного мне оставалось одно – стоять… смотреть или бегать за камушком для удачливого игрока в надежде на то, что тот от щедрот своих милостиво подарит один-два заветных кругляшка…

Но мир не без добрых людей. Проверено. Скажу вам больше, в нём даже случаются чудеса. Вот таким чудом была наша соседка тётя Клава. Своих детей у неё не было. Но вся детвора любила и ждала её больше, чем деда Мороза. Ибо этот невидимый дед появляется исключительно под Новый год, да и то ночью. Так что дождаться его и увидеть хоть одним глазком мочи не было никакой. А тётя Клава – вот она. Живая, улыбающаяся с кульком конфет-подушечек. Каждого угостит. По голове погладит, как маленького.

– Идём со мной, – тётя Клава взяла меня за руку. – Не могу смотреть на твои страдания. Сделаю из тебя Креза*. Все пацаны будут тебе завидовать.

– А мамка не заругает? – для вида поинтересовался я, прекрасно понимая, что не пойти с тётей Клавой совершенно невозможно. Кто такой Крез, я тогда, понятное дело, не знал. Но быть им уже хотел. И уж точно без кулёчка конфет я назад не вернусь. Иначе и быть не может.

Оказалось, что может. Конфетами в тот раз меня не одарили. Благодетельница повела на соседнюю улицу. Там располагался ларёк "Пиво-воды". Завела за него и открыла деревянный ящик.

Вот скажите, только честно. Вам хоть раз в жизни доводилось видеть клад? А мне несказанно повезло. Ящик был доверху забит крышечками. В основном, конечно, простыми белыми, но попадались и жёлтые и даже со странной надписью "Нарзан".

– Бери, сколько хочешь. Всё это твоё! – тетю Клаву кто-то окликнул и она растворилась в папиросном дыме и шуме нетрезвых голосов.

"Выбирать или брать все подряд? Пока меня не оттащили от клада, – пронеслось у меня в голове. – Беру подряд. Дома буду молотком обрабатывать, тогда и рассортирую". Вот только куда складывать? Ни сумки, ни хотя бы фанерного посылочного ящика у меня с собой не было. Постояв с минуту, я решил, что можно и за пазуху. Поцарапаюсь маленько. Не беда. Зато отныне я действительно этот, как его? – вспомнил: Крез. Скорее всего, этот неведомый дядечка работает на крышечной фабрике. Вечером обязательно у папы спрошу. Он-то наверняка с Крезом знаком. А может быть, даже в одном цеху с ним работает.

За воротник полетело сильно пахнущее пивом металлическое счастье.

Домой шёл, обеими руками поддерживая спадающие штаны. Не дай бог растерять по дороге бесценный клад. Надо как можно скорее сделать домашнее задание и за работу. Вот пацаны ахнут. Сразу "Нарзана" на простые менять не стану. Пусть полежит про запас. И ещё выменяю у Витьки его заговоренный камушек. Сдаётся мне, за сто крышечек отдаст. Не устоит.

– Мама! Посмотри, что у меня есть! Я теперь богаче всех во дворе. Я знаешь кто? Я дяденька Крез! Вот кто.

Но мама, моя любимая и самая лучшая на свете, только всплеснула руками и тихо заплакала:

– Рубаха. Единственная. Белая. В чём завтра в школу пойдёшь?

Простое хозяйское мыло, несмотря на все мамины старания, не справилось с жёлтыми пивными пятнами. В школе одноклассники пытались дразнить меня пятнистой гиеной. Но, в отличие от "пожара", в драке за кочегаркой равных мне в соответствующей весовой категории не наблюдалось. Товарищи быстренько привыкли к моей, мягко скажем, не слишком белой рубахе. Учителя принюхивались, шептались между собой. Ребёнок, по всему видать, из неблагополучной семьи. Но оценки ставили исключительно по заслугам, невзирая на непрезентабельный внешний вид.

 

***

Прошли годы. Однажды я показал своему "потомку" игру в "пожар". Дал с великим трудом раздобытые крышечки и молоток. Спустя полчаса сынуля вернул всё в неизменном виде: «Я погуглил и никакого "пожара" в инете не нашёл. Значит, его не существует. И ты всё это выдумал. С тебя станется. Ты же у нас писатель».

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* Крёз – последний царь Лидии. Считают, что он одним из первых начал чеканить монету из чистого металла. Был особо уважаем из-за щедрых жертвоприношений.

 

 

МОНЕТКИ
 

Ну, что со мной поделать. Люблю я это место в родном Краснодаре. Вырос здесь. Лично знаком с любым деревом в старинном скверике, с каждой плиточкой, на соседних улицах. Смотрю на нынешних пацанов. Ни у одно из них даже в мыслях не возникает желание слазить на дерево, за стручками семян акации. Ведь они же сладкие. Соседскую девочку можно угостить. Ей будет приятно. Уставились в свои смартфоны и никого и ничего не замечают.

А вот в той пятиэтажке, в цокольном этаже, был тепловой узел. Сплит-систем, понятное дело, ещё не существовало. Поэтому соорудили там окна с форточками. Чтобы нагретый воздух  выходил на улицу.  Мужики, вернувшись с работы и прикупив в соседнем гастрономе бутылочку "Жигулёвского", любили посидеть на теплом парапете. Закусывая пенистый напиток плавленым сырком "Дружба".

Вы меня спросите, зачем я всё это рассказываю? А затем, что из карманов брюк любителей народного напитка через металлическую решетку ограждения падали вниз монетки и прочие очень нужные мальчишкам предметы.

Эксперимент, основанный на куске магнита и длинной нитке, ожидаемого результата не дал. Болты и гайки, добытые из глубины, годились разве что на грузила для удочек. Или отдавались главам семейств, с целью применения в домашнем хозяйстве. Свойства металлов мы в школе ещё не проходили, а потому смотрели на желанные монетки и недоумевали, почему же эти денюжки никак не желают цепляться к кусочку разбитого динамика?

Моим друзьям-одноклассникам родители ежедневно выдавали десять копеек на школьный завтрак, состоящий из бублика и стакана молока. Я же такого финансирования был лишен. Мы строили дом. Вместо денег мама давала мне в школу бутерброд с маслом и маленький термос с чаем. Поэтому сэкономить на завтраке и сходить на детский сеанс в "Смену" не было никакой возможности. Не продавать же бутерброд. Да никто и не купит. Засмеют спекулянта – и вся недолга. Но сами же знаете, на что способна "голь". Правильно. На выдумки. Заветные монетки я таки достал! В отличие от нынешних мальчишек, у тогдашних каждый имел персональную удочку. Не бамбуковую, конечно. Такие были только у взрослых, да и то далеко не у всех. Но длинную. Вот с её помощью и с помощью куска пластилина я стал богатеем. К этому нехитрому устройству прилипало абсолютно всё. Тайну своего изобретения сохранить не смог. А как же иначе. На следующий день поделился с друзьями.

С того дня пьяненькие мужики с недоумением наблюдали за стайкой пацанов, стоящих поодаль. Да ещё и с удочками в руках!