Николай РОДИОНОВ. ВОТ И СОЛНЕЧНОЕ ВРЕМЯ! Стихи

Автор: Николай РОДИОНОВ | Рубрика: ПОЭЗИЯ | Просмотров: 258 | Дата: 2018-03-04 | Комментариев: 0

 

Николай РОДИОНОВ

ВОТ И СОЛНЕЧНОЕ ВРЕМЯ!

 

* * *

Вот они – тишина и покой.

Только топчется сверху сосед

Да машины одна за другой,

Ох, одна за другой мчатся вслед.

 

Где-то там, за окном, суета,

И на кухне посудой гремит

Та, что в прошлом давно уже, та,

Что взрывается, как динамит.

 

Да компьютер гудит предо мной,

Да по клавиатуре стучу –

Это всё, что мне свыше дано,

Что по духу мне и по плечу.

 

К этим вечным шумам я привык,

Очень редко за ними слежу,

И не часто ко мне напрямик

Обращается чей-нибудь шум.

 

И поэтому снова тону

В необычной своей тишине,

Что послушна мне, и потому

Жить не скучно, а радостно мне.

 

ПО КРУГУ

У всего свой срок. И звёзды выгорают изнутри.

Чем я лучше. Выгораю, выгораю.

Ох, достаточно я плоть и даже душу изнурил.

Неужели вслед за этой жизнь вторая?

 

Звёзды гаснут, но затем лишь,

                          чтобы где-то вспыхнуть вновь.

Человеческая плоть не хуже звёздной.

Всё возможно. Побежит по тем же жилам та же кровь,

Тот же облик будет тем же Богом создан.

 

И по кругу, и по кругу бесконечно. И за что

Мне, душе моей и телу честь такая?

Неужели я когда-то путь кому-то перешёл

И меня вот в эту бездну затолкали?

 

В этой чёрной, непроглядной,

                           в этой страшной бездне жить

И тужить, и вечно мучиться от боли?

Снова плазмой стать, звездою…

                                      И опять простой мужик

Будет так же рассуждать с самим собою.

 

ЖДУ РАССВЕТА

А вчера было солнце! Так радостно – солнце! Вчера!

И светило весь день, пробуждая желание жизни,

Что была уже ликом, ко мне обращенным, черна,

Небо было таким же надсадным, как наши трюизмы.

 

Вот сижу, жду рассвета, гадаю: взойдёт, не взойдёт

Над землёю, над краем угрюмым дневное светило?

Есть, конечно, немало других повседневных забот,

Но вчерашнее солнце! – каким оно радостным было!

 

Видно, тоже скучало вдали или знало, что здесь

По нему кто-то сильно скучает и ждёт не дождётся

Возвращения дней, что разбудят в душе полонез,

Ноги сами запляшут в лучах восходящего солнца.

 

Окна вспыхнули жаром, а тени – смотрите – густы,

И на белом снегу – те же тёмные ветви деревьев.

Как же радостно, люди! Давайте не будем грустить,

Станем лучше, честнее, друг к другу отныне добрее!

 

ГОВОРЯТ, ВСЁ НАПИСАНО

Говорят, всё написано. Зря говорят:

Каждый день, нами встреченный, – новый!

Даже если сейчас оглянуться назад –

Разве так же ты будешь взволнован.

 

Нет, ты будешь совсем по-другому смотреть

На тобою прожитые годы –

Будто тайнопись чью-то прочтешь на просвет

Про несметные силы природы.

 

То увидишь, чего никогда не видал

Даже глядя в упор, даже глядя…

Но уже от плохого не будет вреда,

И вину ты годами загладил.

 

Но – захочешь – и вспыхнет угасшее вновь

И пробьёт, и прольётся слезою.

Лишь заранее лист и перо приготовь,

И пиши, если чувство сквозное.

 

Всё оплачено свыше – ты только не трусь

И не слушай пустых краснобаев.

Опиши прошлый век так, чтоб светлая грусть

Ожила, в той поре пребывая.

 

ОБРАЗ ЗАПАДА

После выступления молодого англичанина

в программе Н.С. Михалкова «Бесогон».

 

Не выдерживают нервы и у тех, кто там,

За бугром, живёт, не видя разницы большой

Между Западом и Задом: европейский срам

Все границы, все пределы нынче перешёл.

 

Прямо с детства, самых ранних, непорочных лет

Там внушают жить свободно, то есть без штанов,

Изучая не строенье тела, не скелет,

А различия и вкупе – равенство полов.

 

Проститутки, лесбиянки, геи – Старый свет.

От Содома и Гоморры отличим пока

Тем, что, до сих пор беснуясь, не держал ответ,

Города не превратились в твердь безлюдных скал.

 

О душе забыть успели, на любовь плюют,

Фору дать сегодня могут диким племенам.

Вряд ли вырваться дано им из бесовских пут.

Пусть бы, если б не вползали тихой сапой к нам.

 

ДУМЫ ПОСЛЕ СНЕГОПАДА

Пешеходы и машины – все на узкой мостовой:

Под сугробами большими тротуар стоит стеной.

Мостовая снежной кашей переполнена уже –

Нелегко идти и страшно, и тревожно на душе:

 

Где наш мэр? А впрочем, нашим быть чиновник перестал.

Он – как снег, на нас упавший, и прозрачней, чем кристалл.

Мы его совсем не видим, он в упор не видит нас.

Ждёт, поди, какой же выйдет губернаторский указ.

 

Если тот прикажет – завтра тротуары подметут,

Потому как место свято, а не мы для мэра тут.

Нет доверия народу у сегодняшних властей.

Ишь, какую взяли моду! – выбирать толпою всей.

 

Диктовать хотите – вот вам:

                                  рвись к чиновнику теперь! –

Не пройти ни сквозь ворота,

                                    ни сквозь узенькую дверь.

Может смело экономить деньги, силы, разум свой,

Никого не слушать, кроме

                                   ставших мэрской головой.

 

И поэтому сегодня нашим главам по пути

С тем, кто сделал Русь свободной

                                        от всего, что мы хотим.

 

ЛЮБИТЕЛЬНИЦА КОШЕК

Как на работу, каждый день спешит в подвал,

Несёт лотки, кладёт в них что-то, крошит

Неподдающаяся сумрачным годам

Седая женщина, любительница кошек.

 

Их, кошек, много, самых разных, у неё,

Мурлыкающих преданно и мило,

И как-то каждую старушка узнаёт,

Дня не проходит, чтобы их не накормила.

 

Не одинокая и бодрая вполне,

Общается с людьми непринуждённо.

Но остаётся на невидимой волне

Там, в царстве кошек, где она для них – Мадонна.

 

* * *

В минувшую субботу было тихо

И солнышко светило от души,

И галка суетилась, как скворчиха,

Клюя, пытаясь сук ошелушить.

 

Возможно, мне всего лишь показалось,

Всего лишь галка чистила свой клюв.

Вот снова – то ли радость, то ли ярость

Вскипела, на характер намекнув.

 

А мы стояли посреди музея

На ярком, как и солнышко, снегу

И с любопытством искренним глазели

На вешний преждевременный разгул.

 

Не храмы в этот миг нас восхищали,

Не блеск красивых ледяных скульптур,

А небо, поглотившее печали,

И толстый снег, смешливый чересчур.

 

И – чуточку – несдержанная галка,

Исполненная собственных забот.

Которой нас с товарищем не жалко,

А может быть, совсем наоборот.

 

А я в неё, растрёпушку, влюбился,

Как будто это сердце из груди

Вдруг выскочило и взметнулось в выси,

Где я давно себя не находил.

 

* * *

Вот и солнечное время, вот и солнечные дни!

Небо – в душу, и душа открыта небу.

В степень радости огромной фибры все возведены

Мне и божескому миру на потребу.

 

Фибры все – как будто парус над февральской белизной,

Будто солнечный, летящий в небо парус.

И уже так явно, мило пахнет близкою весной,

Что над снежным валом с ветром поднимаюсь.

 

Мне легко, я сбросил с плеч усталых мрачность и печаль

И встряхнул освободившиеся крылья.

Пробежала дрожь по телу, по расправленным плечам,

Будто с Верхней Волги перенёсся в Крым я.

 

Звуки радостные слышу, а не просто будний шум,

Изменяюсь и духовно и ментально.

Жадно всматриваюсь в дали, синим воздухом дышу,

Из души остатки мрака выметаю.