Игорь ШУМЕЙКО. ГИБЕЛЬ КОМАНДАРМА. Очерк

Автор: Игорь ШУМЕЙКО | Рубрика: ПУБЛИЦИСТИКА | Просмотров: 214 | Дата: 2017-09-21 | Комментариев: 1

 

Игорь ШУМЕЙКО

ГИБЕЛЬ КОМАНДАРМА

 

Одна знаменитая фраза

Самый известный афоризм о роли учителя приписывается «железному канцлеру» Германии Отто фон Бисмарку: «Франко-прусскую войну выиграл прусский школьный учитель». Мужество, сплоченность, дисциплина прусской молодежи в военных мундирах — на фоне разброда, дезертирства их «коллег» из Франции, — вот что наполняло эту фразу глубоким смыслом. И даже то, что иногда её авторство приписывают лейпцигскому профессору Оскару Пешелю, у которого Бисмарк её подхватил, не мешает осознанию: победы государства определяются качеством «человеческого материала», работой учителя над ним. Правда, не все мысли Бисмарка, заклинавшего будущих германских правителей: «Никогда ничего не затевайте против России», были усвоены…

 

Учитель и его сыновья

Теперь, и о «российском исполнении» знаменитого афоризма Бисмарка.

Абсолютно во всех спорах о причинах наших неудач начала Великой Отечественной войны (Сталин, репрессии…) и конечной Победы — одно признается сторонниками любых версий, любых политических взглядов: героизм, дисциплина рядовых героев фронта и тыла, превосходство нашего «человеческого фактора» — есть «продукция» российского, советского школьного учителя. Далее рассказ о случае, возводящем сей афоризм к его высшему значению, где смыкается роль Учителя, выигравшего Войну, и одного, конкретного учителя.

В начале века на Гомельщине в семье сельского учителя Ильи Устиновича Лизюкова родилось три брата: Александр, Евгений и Пётр… За таким сказочно-былинным зачином обычно следует: три брата, три разных судьбы, но… ХХ век и Вторая мировая война нарушили привычно-ожидаемое течение. И в итоге судьбы трёх сыновей сельского учителя оказались похожи: все трое стали крупными военачальниками и погибли на войне.

Пётр Ильич, командир 46-й истребительно-противотанковой бригады, погиб в 1945 году. Евгений Ильич, командир крупного партизанского отряда, погиб в 1944 году, в освобождаемой уже Белоруссии.

Трагической была и остаётся до сих пор гибель и Александра Ильича: командир 5-й танковой армии погиб прямо на броне своего танка КВ в самый тяжёлый момент лета 1942 года. Действительно, редчайший случай — гибель командарма в ближнем, почти рукопашном бою.

 

Командарм

Александр Ильич, по мнению современников, в том числе и нашего военного гения Константина Рокоссовского, — вырастал в лучшего советского такового командарма. Биография его такова.

Участник Гражданской войны, он в 1938 был арестован, подвергся пыткам, но 3декабря 1939 оправдан. 24 июня полковник А.И. Лизюков назначен замкомандира 17-го механизированного корпуса. Отличился на трагически знаменитой Соловьёвской переправе. Во время Смоленского сражения его сводный отряд успешно оборонял жизненно важные для окружённых 16-й и 20-й армий переправы через Днепр и Березину. 5августа 1941 «за образцовое выполнение боевых заданий… проявленные при этом отвагу и геройство» полковнику Лизюкову Александру Ильичу присвоено звание Героя Советского Союза. Вместе с А.И. Лизюковым в обороне переправ принимал участие его 16-летний сын Юрий, который был удостоен медали «За отвагу».

Во время Сумско-Харьковской оборонительной операции он командовал 1-й гвардейской мотострелковой дивизией, отличившейся в бою против 25-й немецкой моторизованной дивизии в Штеповке. Развивая успех и выбивая немецкие части из Аполлоновки, взяли большое количество трофеев. Этот «неприятнейший момент» попал и в мемуары Гудериана. В Московской битве 1-я гвардейская мотострелковая дивизия Лизюкова прикрывала наро-фоминское направление с юго-запада. В январе 1942  генерал-майор А.И. Лизюков, командуя 2-м гвардейским корпусом, участвовал в первом крупном окружении немецких частей под Демянском.

Так, получая всё новые награды и всё более и более крупные части под своё командование, Лизюков в ранге командующего 5-й танковой армии дошёл до высшей и трагической точки своей военной карьеры.

Именно его армии под Воронежем приказали парировать тот страшный удар немцев, который из-за нашего харьковско-барвенковского краха довёл войну до самого Сталинграда.

 

Маршал М.Е. Катуков, «На острие главного удара»:

«Лизюков благополучно выбрался из танка, но не успел ступить и шага, как рядом разорвался снаряд… Тело Лизюкова с разбитой головой, в комбинезоне и простых сапогах (другой одежды он не признавал) было доставлено в тыл. С болью в сердце похоронили мы отважного генерала на кладбище близ села Сухая Верейка. Похоронили со всеми воинскими почестями».

Маршал Рокоссовский о А.И. Лизюкове:

«Александр Ильич Лизюков был прекрасным командиром. Он чувствовал себя уверенно в любой, самой сложной обстановке, среди всех неожиданностей, которые то и дело возникали на том ответственном участке, где пришлось действовать его отряду. Смелость Александра Ильича была безгранична, умение маневрировать малыми силами — на высоте. Был момент, когда немцы перехватили горловину мешка в районе переправ через Днепр. Но это продолжалось всего несколько часов. Подразделения Лизюкова отбросили и уничтожили весь вражеский отряд».

(О смерти): «… В этих боях погиб командующий 5-й танковой армией генерал Лизюков. Он двигался в боевых порядках одного из своих соединений. Чтобы воодушевить танкистов, генерал бросился на своем танке КВ вперед, ворвался в расположение противника и там сложил голову. Мне было искренне жаль его».

В село буквально через полчаса после гибели командарма вошли немцы — потому и захоронение было временным. Уцелевшие из его окружения два солдата успели только (железное правило периода отступлений) снять все знаки, по которым немцы могли бы догадаться о гибели командующего 5-й танковой армии…

А сегодня ещё один известный маршал подробно прослеживает путь командарма Лизюкова.

Именно в эти месяцы Маршал Советского Союза Дмитрий Тимофеевич Язов завершает свою книгу «Великая Отечественная: рождение полководцев». Среди моря написанного о Великой войне, книга маршала Язова даёт новый взгляд, её объект — Плеяда советских военных гениев и талантов, возникшая — внезапно, «ниоткуда» (это на сторонний взгляд). Можно сказать — «сюрприз», а для некоторых «сверхчеловеков» — «Сюрприз трагический». Но маршал Язов прекрасно видит, и убедительно показывает нам — «откуда». И в списке маршала Язова командарм Лизюков занимает почетное место. Особенно впечатляет рассказ о самых первых, трагических днях войны:

«24 июня полковник Лизюков выехал на фронт вме­сте с сыном, которому было 16 лет. Мать парня, Анаста­сия Кузьминична, не воз­ражала: парень рвался на фронт, несколько раз убегал из дома.

Александр Ильич ехал в одном вагоне с Кон­стантином Симоновым. Это короткое знакомство кроме совместной фото­графии оставит нам такие слова зна­менитого писателя: «Под Борисовом, в сложной об­становке растерянности и неразберихи, я запомнил на всю жизнь полковника Лизюкова... Он с тех пор мысленно стал для меня одним из образцов не только чисто военного, но и шире говоря граждан­ского мужества».

Доехали до Борисова. Дальше ехать некуда. Немцы. Дороги разру­шены. Город непрерыв­но бомбят. Начальником Борисовского гарнизона был корпусный комиссар Сусайков, возглавлявший здешнее тракторно-танковое училище. Кроме этого училища других войск в городе не было. И Сусайков принимает ре­шение: назначить началь­ником обороны Борисова прибывшего полковника Лизюкова. Тот быстро со­риентировался. Сбросил куртку, на груди орден Ленина, полученный ещё в 1936-м, собранный, подтянутый, мужествен­ный. Остановил одно отступавшее подразде­ление, второе, третье. Кое-кто заспорил: надо в свои части. Но лизюковский приказ ничего по­добного в расчет не при­нимал. Из отходящих частей он создал роты, батальоны, организовал команду для охраны моста. И до 10 июля удерживал Борисов».

В эти дни Александр Ильич писал жене:

«Мы с сыном оба на фронте. Он доброволец, зачислен курсантом Борисовского бронетанкового училища. Уже участвовали в боях, были под огнем и бомбежками. Держит сын себя в бою героически сме­ло. Он подал заявление о вступлении в комсомол, из него выйдет достойный сын Родины и партии, за кото­рого тебе, как и за меня, краснеть не придется».

После Борисова Лизюков получает лично от маршала Тимошенко приказ: держать днепровские переправы. У сёл Соловьево и Ратчино. Дело в том, что на западном берегу ещё оставались две наших армии — 16-я и 20-я, скопилось много граждан­ского населения, скота. По свидетельству очевидцев, Соловьевская и Ратчинская переправы в те дни были су­щим адом. «Бесконечные по­токи беженцев, гражданского населения с Запада стекались к Соловьевской переправе. Это были старики, подростки, женщины с котомками за пле­чами и детьми на руках. Фашистские лётчики с бреющего полета расстреливали людские по­токи, а переправу непрерывно бом­били. На переправе из человеческих тел, повозок и лошадей образова­лась плотина».

И опять Лизюков из отходящих частей сколачивает отряд. В нём были и танкисты, и артиллеристы, и сапёры, и связисты. Полковник даже сумел раздобыть несколько зенитных батарей. Он держал пере­праву больше 10 дней. Немцы не­прерывно бомбили. За ночь наши сделают мост, утром немцы его разбомбят. Тогда Лизюков нашел выход. Сделал мост... под водой. «Срезали у машин кабины, чтобы не торчали из воды, и устроили импровизированный мост. Немцы раз прилетели: видят — моста нет. Прилетели ещё и успокоились. Он вывел все войска, переправилось много людей, скота. За этот под­виг ему присвоили звание Героя Советского Союза.

 

…и немного свинства вокруг могилы героя

Вернувшись к месту героической гибели командарма Лизюкова, мы увидим, какое здесь проросло могучее Древо памяти…

Историки знали, что обелиск в ближайшем селе Медвежьем символический — останков под ним нет. Поисковики воронежской региональной организации «Дон» (руководитель Александр Курьянов) смогли найти у села Лебяжье братскую могилу времён Великой Отечественной войны. Этот сюжет прошел по всем телеканалам в 2008-2009 году, НТВ сняло целый фильм о поиске останков Лизюкова. Для сравнения образца ДНК, взятого на месте предполагаемого захоронения генерала, с ДНК родственника и был приглашён внучатый племянник Александра Лизюкова — Иван Николаевич Афанасьев.

Прискорбно и симптоматично, что память и такого безукоризненного героя не избежала подлых прилипал. Книга «Тайна гибели генерала Лизюкова» одного убогого автора, не касаясь собственно подвигов Лизюкова – сосредоточена на поисковой работе: 290 страниц из 460-ти (со 171-й по 454-ю) посвящены не боевым действиям генерала Лизюкова, а «целенаправленной фальсификации торжественного захоронения чьих-то останков, якобы умышленно выданных за прах легендарного героя».

Вокруг этого поиска давно сложился уникальный коллектив — от экспертов, ученых до телевизионщиков. Им мотивы действий автора книжонки давно понятны: доказывая неразрешимость проблемы, обеспечить собственное постоянное присутствие в ней и возможность публичного изложения своих взглядов. Ну и заработать: «Тайна…» в заглавии — это + 20% к тиражу. В сегодняшних водопадах книго-помоев это, в общем, не редкость, но… прямая обида и потомкам и поисковикам — в аннотацию книжки (а это уже как бы от издательства!) попала фраза «могила Лизюкова не найдена до сих пор».

 

Учитель. Продолжение семейной саги

…с которым и связано развитие нового «учительского» сюжета. Иван Николаевич продолжил линию своего прадеда Ильи Устиновича Лизюкова — педагог, кандидат филологических наук, заведующий кафедрой русской и мировой литературы Гомельского государственного уни­верситета имени Франциска Скорины.

На основе и примере общей истории, общей Победы он энергично готовит новые поколения защитников — уже разных, но всё равно братских государств. При поддержке знаменитого в СССР предприятия «Гомсельмаш» он провел работу удивительного размаха и значения. Я перечислю людей, которые с благодарностью и возможно некоторым удивлением («Неужели такое под силу двум энтузиастам?») включились в проект Ивана Афанасьева: Н.С. Михалков, В.Н. Ганичев, Л.А. Аннинский, Ю.В. Бондарев, К.Я. Ваншенкин, Д.А. Гранин, В.Я. Курбатов, А.М. Турков, Ю.Ю. Шевчук (рок-группа ДДТ).

Называлось это: «Международная научная конференция «Великая Отечественная война в судьбе литературы и культуры: исторический опыт как мировоззренческий и моральный выбор», которая прошла в мае 2010-го, в Гомеле (Белоруссия).

Автору этих строк довелось участвовать во многих конференциях, круглых столах, симпозиумах, и я должен засвидетельствовать: научный уровень, градус искренности были поразительны и остались для всех участников эталоном, просто даже приметой: как именно проходят мероприятия, затеянные НЕ для отчёта, галочки или «освоения средств». Средств как раз было немного, добирались до места участники за свой счёт. Но опять же — творческий и научный дух… Без малого год Иван Афанасьев вел беседы (чаще в формате электронных писем) с участниками, ориентировал ход их мыслей, работы так, что и сама конференция и результирующая книга получились интересными и глубокими.

Я имел честь попасть в такой коллектив, как автор книги «Вторая мировая. Перезагрузка». Мои доклады на конференции и в уни­верситете имени Франциска Скорина вошли в итоговую Книгу. Интересно было получать позже и отклики белорусской прессы. Патриотическая работа там всегда была живой, трогающей, воспитывающей души, даже когда в СССР в целом она разъедалась ржавчиной формализма. Солдаты Отечественной, партизаны — всегда были в ореоле внимания. Дух народа, понесшего самые тяжелые потери во Второй мировой (погиб каждый четвертый – это есть и в строках песен), – неукротимый дух белорусов, опыт настоящего Сопротивления, с которым сравнивать ту же Францию – кормовую базу и главный публичный дом вермахта – даже и неприлично. Этот народный дух должен был стать общим достоянием СССР. И вполне конкретные люди, герои той войны должны были сыграть более значительную роль в нашем советском государстве. Да, братья Лизюковы погибли, но вышел живым победителем партизанский герой Петр Машеров, возглавивший республику в печальные годы застоя и подготовки катастрофы 1991 года. Один из сюжетов моей книги, вышедшей ещё до поездки в Гомель, так и назывался: «Петр Машеров — упущенный шанс Советского Союза»…

Сегодня людям, работающим в (штатно немаленьких) структурах Союза Белоруссии и России — надо бы просто хвататься как за эталон за пример жизни таких людей, как Петр Машеров, Александр Лизюков.

 

Председатель Союза писателей России Валерий Ганичев, успешно завершивший незадолго до Конференции работу по объединению Союзов писателей России и Белоруссии, приветствуя участников, сказал о важности совместной работы по нашей общей Войне и Победе: «…пример учителя Ильи Лизюкова и его детей, полководцев, героев — наше общее достояние».

Главный редактор журнала «Родина» Юрий Борисенок дал панорамную картину сегодняшней борьбы с фальсификациями истории Великой Отечественной войны. Украшение сборника — статьи участников Великой отечественной войны, работающих до сих пор писателей: Юрия Бондарева «Победа поднебесная» и Андрея Туркова. Лев Аннинский, известный российский критик, культуролог, телеведущий, профессор, лауреат Национальной телевизионной премии «ТЭФИ», предложил эссе о войне.

Иван Афанасьев привлек к конференции и сборнику известных россиян и украинцев, Василия Пескова, Бориса Олейника, и… уже посмертно — ведущего германского историка современности, одного из самых строгих и вдумчивых судей фашизма, доктора Иоахима Феста — и взгляд на войну еще и «с той стороны» добавил глубины итоговой книге.

Завершает книгу Афанасьева потрясающий по искренности рассказ нашего знаменитого рокера Юрия Шевчука (группа ДДТ), о своем отце-фронтовике, о белорусских впечатлениях. И далее — приветствие читателям книги, автографы – тексты его песен, и даже сами песни: «Пацаны», и «Разговор на войне», приложенные на лазерном диске к Книге-сборнику.

Со всеми из участников Конференции Иван Афанасьев успел повстречаться лично, и, представляя их уже на страницах книги, он дает короткие, но выразительные рассказы о встречах с германским историком, с русским рок-музыкантом…

В общем получился внушительный пример работы Учителя, уже XXI-го века по подготовке Защитников Отечества, по наполнению новым содержанием знаменитого афоризма Бисмарка XIX века.