Алексей СМУНЁВ. ГОВОРЯТ, ЧТО ВОЙНА… Стихи

Автор: Алексей СМУНЁВ | Рубрика: ПОЭЗИЯ | Просмотров: 109 | Дата: 2017-09-13 | Комментариев: 0

 

Алексей СМУНЁВ

ГОВОРЯТ, ЧТО ВОЙНА…

 

ПРОДОЛЖАЕТСЯ АТАКА!

                    Кириллу Игоревичу Ривелю и его песням
Гитары старой подтяну колки,
Струна к ладам прильнёт

                 с тоскливым стоном
О том, как уходили в бой полки,
Чтобы из боя выйти батальоном...

Что в битвах этих выигравших нет,
Не будет ни трофеев, ни парадов.
Когда на брата брат, цена побед
Так высока, что и побед не надо!

Горячей лавой памяти река
Вновь заполняет прошлого долину,
Где смерти нет – настолько далека! –
Как брат от брата, как отец от сына...

А песня, разогнавшись, понеслась
Про неизбежность новых поколений.
И что ей до того – какая власть?
Когда ещё не кончен бой последний!

Я, спохватившись, погашу аккорд.
Гитара, вздрогнув, перестанет плакать,
Ведь не закончен начатый поход
И, значит, продолжается атака!


ЭМИГРАНТКА. ОЖИДАНИЕ РАССВЕТА…
От жирных взглядов липнет к телу блузка.
Константинополь. Белых армий пена.
Всё в прошлом. И – тебе родней французский,
Но здесь ты русская. А прочее – измена.

Кому измена?
                        Господи, не надо!
На север смотришь зря из-под руки.
Там ждут китайские заградотряды
И красные латышские стрелки.

Дашнаки, белочехи, комиссары,
Антанта, атаманов злая стая…
Вернуться? Будут – лагеря и нары.
Куда ты? К сожалению, не знаю.

Россия, мать, Die Mutter, Mamma mia!
Опять своих детей Ты гонишь прочь:
Рим, Лондон, Прага, пальмы Тель-Авива...
Рассвет – не скоро.
                         Ночь. Сплошная ночь.

ЛЕНИН
Октябрь. Двадцать пятое. Четверг.
Шпалерная. Патруль на патруле.
Замученный зубами, человек
Выписывает вязь из кренделей.

В прореху неба сеет стылый снег.
Там наверху – ни Бога, ни закона.
Эпоха, сбросив всё, берёт разбег
Пока что – до завода Михельсона.

Сегодня он дойдёт. Замёрз разъезд.
В глазах казака – скука и апатия.
Бог – спит. Не выдал. А теперь – кто съест?
Когда он крикнет: "Есть такая партия!".

И, словно поперхнувшись, замер зал.
Да, он умел слова пускать с руки!
Не дожидаясь пауз, встал, сказал,
И...
         Свечи прикусили языки!

Ещё никто не знает ни черта,
В окне Петровом вышибая рамы,
Но страшная оседлости черта
Легла на будущее, запекаясь шрамом...

И года не пройдёт, как полыхнёт,
Так грянет – только успевай креститься!
Залает с колокольни пулемёт
И Страшный Суд придёт!
                                  Не репетиция...

ОХОТА
                         Знакомцу моему – Славе Лён
Ну, вот опять – настал сезон охоты.
Обманной тишиной наполнен вечер.
На рубежи прошли мотопехотой
Охотники.
                   И не избегнуть встречи!

А мы идём на бреющем над ними
Ряды рвёт беспощадная картечь.
Сошлись два мира. Битва не во имя!
Остановить! – Им.
                      Нам же – строй сберечь!

Прорваться нам! И, не боясь погони,
Стремительно, стрелой мы взмоем вверх!
Но почему:
                        упавшие в агонии,
Встают, и бьют в упор?
                                        Точнее всех!
 

ХОЧУ УДОСТОИТСЯ ЧЕСТИ…
Хочу удостоиться чести –
В краю, куда путь не изведан,
В расколотом – "Предан без лести"
Остаться с двусмысленным – предан.

Зияет в защите прореха,
Ты взглядом меня не ищи.
Я предан останусь, как эхо,
Хоть предан и треснул мой щит.

Лишь жаворонком в поднебесье
Летит, сохраняя девиз,
Любви моя песня. Без лести.
Границ, разрешений и виз.

ОРЛИНАЯ РОДНЯ

Равнина напряглась и – "Ап!"
Распух простор!
Мы оказались среди Альп.
Нет лучше гор!

Где имя края, как река
Журчит: Тироль.
Где в позабытые века
Жил-был король...

Необычайный красоты,
Умён, как бес!
– "Но он-то был король, а ты –
Куда полез?".

– Куда? А может крови зов?
Веков привет!
Среди Суворовских орлов
Мог быть прадед.

Шли днём, но – верно! – было там
И кроме дня.
И кровь поёт, что по горам –
Одна родня!

ГОВОРЯТ, ЧТО ВОЙНА…
Говорят, что война.
Говорят, что у двери.
И что наша вина,
Только как я поверю,

Что стреляют в своих
Те, кто вроде за нас?
Что война – не за мир,
А за сланцевый газ.

И поди-ка – проверь!
Вон – лежат, кто ходил.
И окопы поверх
Бывших – братских! – могил.

Тех, чьи внуки солдаты...
Да, что воду толочь!
У вождей наших в НАТО
Дом, где сын или дочь.

Им: войнушка – игрушки,
Нам – не форум, не чат.
Громко ахают пушки,
Подло музы молчат.

РАЗДАЧА
                              Его зарыли в шар земной...

                                                       Сергей Орлов
Когда хоронили бесплатно,
Раздача минула в шаге –
Ведь должен был кто-то залпом
Добить засевших в Рейхстаге!

И позже она миновала,
Когда, залечивши раны,
Под небом цветным Урала
В Салде поднимал он краны.

Судьба для чего-то хранила,
От глупой беды защищала
На красной зоне Тагила,
На чёрной зоне Сучана...

Что надо было – сам делал,
Не ждал от судьбы спасенья.
Кто знал, что на зоне белой
Не хватит на погребенье.

Удачлив ведь был – до чёрта!
И надо же – незадача:
Работал, работал, работал...
И вот – не успел к Раздаче...

ОТЕЧЕСТВО В ОПАСНОСТИ!
Нет войны и небо наше – чисто!
Вдосталь демократии и гласности!
Двадцать лет, как нету коммунистов...
Что же – вновь! – "Отечество в опасности!"?

Рупь – быкует! Прёт на доллар с еврою!
И на нефть с металлом цены радуют!
Мэры – поголовно в Бога веруют!
Рейтинг – в гору! Лишь "Прогрессы" – падают!

Все в крестах! Но нет пока погромов!
Дал премьер от бедности лекарство!
На челе его – до слёз знакомом! –
Ни морщинки!
                          Но – кого на царство

Выкрикнут бояре с новой Думою?!
И народ с покорностью захлопает...
За кого свой голос в щель засуну я?
Кто помирит снова нас с Европою?!

Газу б – ей!! Но даже с газом – туго!
Всё любовь выходит однобокая...
И растёт угрюмо друг от друга
"Удовлетворение глубокое...".

А сквозит как! Видно – на пороге
Вновь Гражданская! "В опасности Отечество!".
И – взахлёб! – "О главном", да "Итоги"...
Только ненавистью ничего не лечится...

ТАКИЕ, БРАТ, ДЕЛА…
Старик неспешно вёл рассказ,
Чадя цигаркою сырою:
«Все б ничего, да был приказ,
Чтоб без следов, а эти трое...».

Окурка след блеснул в глазах
Темнее памяти бездонной,
Где всё иначе: он – казак
И Дон ещё не покорённый!..

«Зачем? Куда? В той круговерти!
Какая там – к чертям! – рыбалка!
Тут от своей уйти бы смерти,
А этих ей – за что? Ведь жалко...

Ещё картошка из костра
Разломанная не остыла...
Но финка у меня остра,
Второму же – приклад в затылок.

А третий верить не хотел
И, с каждым мигом лишь немея,
Дрожал и с ужасом смотрел
На камень, что я ладил к шее...

Он не просил, не причитал,
И лишь шептал, лицом твердея,
На этот страшный ритуал
Всё про какую-то Вандею...

И, прежде чем уйти в затон,
Под расступившуюся ряску,
Так чисто посмотрел за Дон,
Как дети смотрят, веря в сказку.

Я, помолившись, встал с колен,
И вплавь за Дон ужом да рыбой.
Потом Будённый взял нас в плен,
Колхозы, голод, перегибы...».

Те вспоминая времена,
Я думаю одно и то же –
Какой могла бы быть страна...
Приказ-то был, но всё же, всё же...