Андрей КАНАВЩИКОВ. БОСИКОМ ПО «СЛОВЕНСКОМУ ПОЛЮ». VII фестиваль исторической поэзии

Автор: Андрей КАНАВЩИКОВ | Рубрика: ФОРУМ | Просмотров: 435 | Дата: 2017-08-05 | Комментариев: 0

 

Андрей КАНАВЩИКОВ

БОСИКОМ ПО «СЛОВЕНСКОМУ ПОЛЮ»

В Печорах, Пскове, Изборске прошёл VII фестиваль исторической поэзии

 

Фестиваль исторической поэзии «Словенское поле» постепенно стал брендовым событием не только для Псковской писательской организации (председатель И.А. Смолькин), но и для всей культурной жизни Псковской области в целом. Давно уже никто не удивляется ни факту расширения географии участников, ни росту количества этих самых участников.

Тут даже ради одних экскурсий поедешь, чтобы посмотреть Псково-Печерский монастырь, Пушкинские Горы, Псков, Изборск – по отдельности или всё вместе. Не говоря уже о том, чтобы стихи почитать и послушать от авторов со всей России и зарубежья.

 

Всё больше и больше

Статистически «Словенское поле – 2017» выглядит следующим образом. 84 автора конкурсной и внеконкурсной программ. Были представлены Москва и Петербург, Таллин и Витебск, Смоленск и Тула, Архангельск и Воронеж, Кострома и Тверь... Что же касается заявок, то тех, кто в принципе хотел приехать и лишь в последний момент уступил обстоятельствам – 98 человек.

Помимо профессионального интереса налицо был и интерес со стороны властных структур. Которые, хотя золотым дождём и не просыпались, но отнеслись к происходящему вполне даже тепло.

Вот как сказала, например, в своём приветствии событию первый заместитель губернатора В.В. Емельянова:

«Фестиваль «Словенское поле» является ярким событием в культурной жизни нашего региона. (…) В своих стихах вы воспеваете красоту и величие Родины, рассказываете о её богатом историческом прошлом, огромных природных и духовных богатствах, замечательных людях, их чувствах и переживаниях, успехах и достижениях в разных сферах нашей жизни. Ваши стихи, наполненные искренними чувствами, душевной теплотой, учат нас любить родной край, трудиться ради его процветания».

 

Со Святой горы

Первый день, 28 июля, традиционно был экскурсионным. Участники фестиваля посетили Печоры и Псково-Печерский монастырь, поклонились русским святыням. Кстати, наместник монастыря архимандрит Тихон (Секретарёв) – член Псковского регионального отделения Союза писателей России, тоже внёс свой вклад, чтобы экскурсия для «словенопольцев» получилась насыщенной и незабываемой.

Поэтов пустили даже на Святую гору, откуда открывается вид сверху на монастырь, а купола Успенского собора можно, кажется, руками пощупать, куда просто так и всех подряд не пускают.

На обратном пути заехали к Священному холму, открытому в 2007 году на Крестовоздвиженье писателем А.А. Прохановым. Поднялись к кресту, водружённому среди камней, заглянули в часовню Державной Божией Матери, полюбовались просторами.

А ещё все приятно для себя отметили огромное цветущее картофельное поле на пути к Изборску. Отметили и порадовались за страну и за самих себя. И в самом деле: сколько же о потерях ныть, пора бы и созиданием заняться!

 

Через дождь

Затем были вечер встречи и свободный микрофон в псковском кафе «Старое кино», где до глубокой ночи слышались стихи и звучали песни. Орденом Крест Поэта, наградой, учреждённой творческой группой «Рубеж», были отмечены псковские поэты Вера Сергеева и Андрей Бениаминов.

Возвращались к общежитию областного колледжа искусств, расположенному на улице Труда, набережной реки Великой.

Группа парней расположилась вокруг гитариста. К ним подошёл великолучанин Владимир Павлов. Послушал, спросил:

- Откуда вы?

- Из Великих Лук.

- Земляки!

Оказалось, что парни служат в Пскове по контракту. И надо же было так случиться, что именно поэзия помогла встретиться в большом ночном городе.

- Завтра в Изборске будем выступать. Приезжаёте.

- Не получится. Служба.

А назавтра полил дождь. Не как из ведра, но шёл достаточно плотный и нудный. Без перерывов и перекуров.

Кто-то прятался под зонтики, кто-то коротал время на веранде кафе, самые отчаянные купались в озерце, куда текут легендарные двенадцать Словенских ключей, исцеляющие от всех болезней – вопрос только в том, вода из какого источника от чего именно помогает.

На озере плавала пара лебедей и довольно конкретно выпрашивала себе угощенье. И им давали. Впрочем, как уткам, так и большому рыжему псу.

Конкурсная программа в Изборске завершилась ближе к 18 часам. Все, кто хотел, выступили. Судьи «Словенского поля» героически держали паузу и никому не говорили о результатах, хотя, конечно же, знали, кто победил.

Исключение выдалось разве что для псковича Александра Петрова, прежде известного как рок-бард Барада, а ныне глубоко православного человека с соответствующими стихами.

Потерянно сипит осипший голос

Среди толпы, спешащей в магазин.

И сбоит сердце, и седеет волос,

Когда стоишь на площади, один.

Трагедия моих пустынных улиц

Смешалась с фарсом городских квартир.

Когда давно в округе все уснули,

Когда проснулся удивленный мир.

 

У обратного автобуса в Псков Александр сообщил, что знает о своём втором месте в номинации «Профи». Пошёл он говорить организаторам о своём отсутствии на завтрашнем подведении итогов (отпрашиваться на работе нельзя до бесконечности), а те и порадовали поэта.

Остальным пришлось ждать финальной встречи в зале Псковского областного колледжа искусств им. Н.А. Римского-Корсакова.

 

Разборы от жюри

Утро 30 июля началось с возложения цветов к памятнику солдату Первой мировой. Желающие прочитали стихи о солдатской работе и исторической мудрости. Запомнилось афористичное «У весла не бывает пота, Но ведь пашет и пашет весло» от Владимира Королёва из Смоленска.

Ну, а вскоре пришла пора держать ответ членами жюри. Очевидно, что поэзия в принципе – это как слон из известной притчи. Кто-то считает её плоской, как блин (потрогав ухо слона), кто-то – длинной и гибкой, как змея (если потрогать у слона хвост), кто-то – похожей на столб (если потрогать ногу)…

Но в действительности, поэзия, она же этакий филологический слон – это и ухо, и хвост, и ноги, и бивни, и всё, что угодно. Вопрос, как и куда смотреть и что хотеть при этом увидеть.

Поэтому всегда интересно, к какой части символического слона прикоснулся на своём творческом пути тот или иной поэт. Ведь что понимаешь под поэзией, то поэзией и считаешь.

Первым выступил председатель жюри Василий Рысенков из Торжка. Поэт яркий, глубокий, с чётко выраженным собственным почерком, узнаваемый, из той современной плеяды, что пробует совмещать космичность Николая Рубцова с медитативным погружением в текст Иосифа Бродского.

Птицы прощаются. Чьё крыло там

нас осенило? Конец сентября.

А над истоптанным сизым болотом –

клюквой раздавленною – заря…

И журавлиное эхо длится

там, на прудах, где черна вода.

Только в гламурном бреду столицы

это утрачено навсегда.

Эхо затихнет. И высь немая

словно подскажет: молчи, молись…

Странно, что каждый своё понимает

под ослепительным словом – жизнь.

 

Странно, что понимание каждым своего считается странным. Странно было бы наоборот. Но, впрочем, зачем комментарии, когда есть первоисточник?!

 

От малого – к большому

Василий Рысенков пояснил, определяя свои подходы:

- Знаю, как трудно в поэзии отражать историю и знаю, как легко извратить само слово «патриотизм». Вот у фестиваля у этого, наверное, есть возможность вернуть слову «патриотизм» его изначальный смысл.

Не тот, который сегодня нашей пропагандой озвучивается, когда какой-нибудь человек с раскрашенной в триколор физиономией кричит «Россия рулит!» или ещё что-то в этом духе. Или когда мы говорим всему миру, какие мы сильные. Были времена, когда было всё наоборот, когда слово «патриот» становилось ругательным – в 90-е годы.

По словам Рысенкова, на этом фестивале есть возможность поговорить о настоящем патриотизме. И, прежде всего, он предостерёг от того, что считает абсолютно бессмысленным, бесполезным и даже вредным в поэзии:

- Когда человек в каждом четверостишии, в каждой строке пишет громкие слова, когда он кричит о том, какие мы великие, это ничего абсолютно не даёт. Это не добавляет ничего к образу нашей Родины. Это – пустые слова, которые просто повиснут, и я очень боялся этой патетики в тех подборках, которые пришлось читать. К счастью, этого было не так много.

Теперь по поводу лирики и эпоса. Вроде бы для отражения истории более подходящий род литературы – это эпос. Маяковский ещё в 20-30-е говорил, что «были времена, прошли былинные, ни былин, ни эпосов, ни эпопей».

Наверное, наше время не эпическое, наше время требует каких-то других подходов. Поэтов масштаба Твардовского, который сумел сплавить лирику и эпос, я, наверное, не знаю.

Я эпоса боюсь, как чумы, я не готов к этому. Всё, что я вам сегодня почитаю из своих условно исторических стихов – это лишь лирические отклики на какие-то исторические события, лирические переживания исторических событий. Но, кажется, в лирике это единственный подход.

По мнению Василия Рысенкова, если эпос невозможен и остаётся одна-единственная лирика, то от этой печки и нужно танцевать:

- Кому нужен, скажем, зарифмованный путеводитель по Пскову? Кому нужны стихи, в которых просто, пусть даже грамотно, пусть технически сделано, пересказывается какое-то историческое событие? Ну и что? Возьмите справочник, возьмите хорошо написанную монографию по этой теме. Я не уверен, что это нужно делать. Скажу больше, уверен, что этого делать не следует.

Какой путь тут возможен? Мне кажется, единственно возможный путь: оттолкнувшись от детали, от верной подробности исторической эпохи перейти к большим обобщениям, к символике. От малого – к большому. От незначительного, от точной исторической детали к поэзии.

 

Про множественность

В подтверждение своего видения темы Василий Рысенков прочитал ряд стихов. Отстаивая собственное право на интеллигентскую грусть и право греть козу в «красноармейской шинели» (в белогвардейской шинели не тот эффект получается). Вот характерное из цикла «Окошко в вечность»:

Железом на лютом морозе года звенят,

А после людей даже нет отпечатков пальцев.

Двадцатый век снова глядит на меня

Глазами фанатиков и страдальцев.

Метель отшумела. Отбушевал пожар.

Молитвы и ругань над пеплом ветер носил.

Многослойный Китеж. Озеро Светлояр

Уже не вмещает всех ушедших Россий.

 

Показательна эта проговорка «Россий». Во множественном числе. Вариативная история. Сослагательное наклонение.

Близко к позиции Василия Рысенкова находится и позиция другого члена жюри Артура Гайдука. Пскович известен как автор философских стихов, многослойных и пронзительно точных по акцентации.

А он спешил из дальних палестин

до наших третьих, пятых, сотых римов…

Ветра и годы проносились мимо, 

и дар спасенья разметал хамсин.

Ветра и годы – только их кляну.

Не ради них он прежний дом оставил...

- Ты умер, Каин, как же брат твой Авель? 

Да, ты не сторож брату своему.

 

Заметили? Опять эта множественность. Хотя, вообще-то, даже четвёртого рима уже не будет, не то что пятого или сотого…

Впрочем, поэт Артур Гайдук подлинный, а потому и право на собственное слово заслужил:

- Про домашний фестиваль как-то, в общем, не принято говорить. Обычно говорят гости, когда что-то нравится, а про домашний, вроде как, хвастовство получается. Но, на самом деле, мне сказать есть что, потому что фестиваль, к счастью, растёт. Несмотря на то, что тема фестиваля узкая, открытой номинации нет, и люди ограничены именно этой узкой темой, количество людей, желающих принять участие в фестивале, с каждым годом всё время увеличивается и средний уровень текстов, которые представляют номинанты на фестиваль, тоже растёт.

В отношении художественного подхода к поэтическому тексту Гайдук тоже поддержал позицию Рысенкова:

- Да, патетика убивает стихи, она превращает их в рекламу, в плакат, в лозунги. Там, где накал патетики, там исчезает текст поэтический, он просто растворяется. Это своего рода такой коммунистический лубок остался и, к сожалению, очень многие в нём вязнут. Наверное, вкусовщина во мне говорит, честно заметил Артур Гайдук, но, в принципе, мы все вкусовщина. Тут ничего не сделаешь.

 

Старые и новые грабли

Более примиряющим, если возвратиться к теме поэзии и слона, стало выступления Андрея Краденова (Москва), одного из отцов-основателей фестиваля:

- Почитал я стихи, которые вы присылали. У меня это сразу убивает мою поэзию, потому что я потом полгода, наверное, ничего не напишу, но хотел я вам сказать такую вещь, дорогие участники. Многим кажется, что вход в поэзию как в искусство самый лёгкий. Вроде как рифмовать-то многие с детства научиваются. Это не то, что резьба по дереву или изобразительное искусство или то же создание фильмов. На самом-то деле создать произведение искусства как стихотворение – это очень серьёзное и сложное дело, как вы сейчас на примере предыдущих выступающих увидели.

Я, когда готовился к встрече с вами, долго искал подходящий пример. Скажу так. Представьте себе: есть произведение искусства – шкатулка. И есть вернисаж, где этих шкатулок десять тысяч.

И если в каждой шкатулке будет какой-нибудь секретик, надо шкатулку сделать так, чтобы человеку захотелось её открыть и увидеть этот секретик. Стихотворение – это шкатулка. Которую нужно сделать красиво для того, чтобы человеку захотелось открыть её и посмотреть, а что ты вложил в это стихотворение, какую идею хочешь донести. А это очень сложно, потому что только на Стихи.ру сотни тысяч этих шкатулок.

Вот так и нужно относиться к своему произведению искусства, которое ты хочешь подарить людям. Чтобы они, во-первых, просто прочитали, а во-вторых, ещё и нашли этот секретик, который в него вложен. На самом деле, очень приятно слушать умные тонкие тщательно сделанные вещи. Но лично мне в поэзии нравится создавать эмоцию или немножко пошутить.

Свои иронические стихи Краденов завершил «Граблями», мудро возвращая бумеранг мысли туда, откуда он прилетел:

Чем наступать на те же грабли, 

Давайте принесём другие! 

 

Образ, если задуматься, образцовый. Ведь именно так и бывает, что пока мы концентрируемся на исключительной новизне чего-либо, эти новые грабли бьют по лбу всё так же больно, как и грабли «старые». Этакие грабли как процесс.

Выступила из членов жюри также Вита Пшеничная (Псков):

- Раз уж мы тут все отдуваемся понемножку из членов жюри, то придётся и мне сказать пару ласковых хороших слов. Спасибо вас всем за то, что вы к нам приехали, за то, что вы решились довериться нашему фестивалю.

Голосование проходит анонимно, мы видим только тексты. Поэтому на выходе случаются моменты весьма интересные. Самый мой любимый день, когда Андрей (председатель оргкомитета фестиваля Андрей Бениаминов, – А.К.) звонит: «Ну, что хочешь узнать, кто у нас вышел в призёры». И начинается забавно.

 

В честь Пскова

В этом году помимо фестивальной программы был организован конкурс «Там, где к Великой мчится Пскова», посвящённый памяти поэта, прозаика, литературного критика, автора слов гимна города Пскова – Станислава Золотцева.

Для поздравления победителей специально пришла депутат Псковской городской Думы О.А. Фёдорова. Ольга Александровна от имени депутатского корпуса и главы города Пскова передала приветствия и поздравила с праздником стихов:

- Псковская земля – это и стихи, конечно, тоже. И не только поэт Пушкин прославил псковскую землю, но каждый из вас вкладывает свою стихотворную строчку в этот удивительный мир стихов псковской земли.

Стихами вас не удивишь, поэтому я позволю себе процитировать прозу. Лев Толстой как-то написал о прозе Бунина: «Идёт дождик, и так написано, что и Тургенев не написал бы, а обо мне и говорить нечего». Поэтому я желаю вам писать про всё, что есть в вашей жизни, про дождик и не только, вот так, чтобы позавидовали великие авторы.

Третье место в конкурсе стихов о Пскове заняла Виктория Бурцева (Москва) со стихотворением «Равноапостольная». На второе место вышла Ольга Кочнова (Тверь) со стихотворением «Была Пскова черней, чем смоль…» из цикла «Цикорий цвёл». А больше всего голосов набрало стихотворение Ольги Флярковской (Москва):

Память крови – это ли не чушь?!.

Но когда едины все пять чувств

В странном узнавании и боли,

Понимаю, потому жива,

Что ломаю сердце на слова,

Словно хлеб октябрьской юдоли...

Псковщина! Родимая тоска, 

Ломота у правого виска,

Туч стада и низкое давленье. 

И внезапным всплеском – белый храм,

Белый конь и снега первый шрам,

И комком в груди – стихотворенье...

 

Стали призёрами

В молодёжной номинации «Словенские ключи», предназначенной для участников моложе 27 лет, поступило 11 заявок. 7 авторов подтвердили своё участие. Но в конечном итоге из этих 7 на очные состязания прибыл только 1 человек.

Им стала Василиса Кравченко (Псков). Удостоенная в итоге диплома «Надежда «Словенского поля». Как отметил Василий Рысенков:

- Отмечается именно то стихотворение, которое мне понравилось из молодёжной поэзии. Про деда. Замечательное, тёплое, умное, с хорошей идеей.

Я был бы очень сварливым дедом.

Я бы, сутулясь, ходил с клюкой.

Я бы кричал всем: «Займитесь делом!»…

 

Этим дедом и детей бы пугали, но человек всего-то научился у жизни слишком хорошо скрывать свои чувства. Не более того. Всё очень просто и очень сложно одновременно.

В открытой номинации тройку призёров составили Сергей Еромирцев (Петербург), Олег Алексеев (Псков) и Зинаида Варлыгина (Кострома). Стихи, выдержанные в полном соответствии с заветами жюри.

У Зинаиды сквозит грусть по шестидесятым годам Аксёнова и Окуджавы:

Пустите в Москву меня, шестидесятые,

Я им ровесница тогдашним, звонким,

Хочу туда, где рифмами крылатыми

Шуршат подпольные магнитоплёнки.

 

А Сергей Еромирцев посвятил стихи старому дому, который слышал «вечернюю молитву и голос хриплый пьяного отца», постепенно захирел, а потом усилиями жильцов возродился. Хорошая крепкая метафора.

В номинации «Профи» третье место поделили Любовь Старшинова (Тверь), которая как раз 30 июля праздновала свой день рождения, и Ольга Флярковская.

- Так не бывает, вырвалось у Ольги, приглашённой на сцену за вот уже вторым дипломом.

- Бывает, подтвердил Василий Рысенков.

Победителем между тем стал Олег Сешко (Витебск), который на правах капитана II ранга запаса поздравил с Днём ВМФ и прочитал стихи про Настю, войну, про пистолет и десять ружей на 20 танков, а также про бюстгальтер, который «с летнего плеча сползает в осень». Вполне предсказуемая победа.

 

Свои фишки

Впрочем, как это часто бывает, за кадром осталось множество не менее интересных подробностей и стихов. В частности запомнился дерзкий эксперимент псковички Натальи Лаврецовой поучастовать в конкурсе под именем некоей Натальи Фишки из Нарвы.

Никто данную Фишку из членов жюри не расшифровал и толком не оценил. Хотя стихи там были хорошие, да и поэзия в наличие.

В качестве же иллюстрации того, что сильных стихов и авторов на фестивале было гораздо больше, чем победителей, можно привести небольшую зарисовку Сергея Подольского (Смоленск):

Не нарушив мне сна беспробудного,

Кто-то вытащит мятый кисет,

Из кармана достанет нагрудного

Кровью залитый милый портрет.

Усмехнётся улыбкой унылою,

Бросит снимок небрежной рукой:

«Ишь, какая бабёнка красивая.

Видно парень везучий такой».

 

Глубоко, лирично. Но вместе с тем и эпично, создавая не просто обобщённый образ, срез, деталь, но именно символ эпохи. Вся война, все её боли и повороты в этих 8 строках.

В любом случае, на «Словенском поле» нужно бывать. Как на Пушкинский праздник нужно ездить к Пушкину, так и на «Словенском поле» можно почерпнуть истинной современной поэзии. Всё-таки можно.

 

2 августа 2017 г.

 




Прикрепленные изображения