Александр БОБРОВ. МОЖНО ЛИ ВЫУЧИТЬ НА ДЕТСКОГО ПИСАТЕЛЯ?

Автор: Александр БОБРОВ | Рубрика: ПОЛЕМИКА | Просмотров: 261 | Дата: 2017-08-01 | Комментариев: 4

 

Александр БОБРОВ

МОЖНО ЛИ ВЫУЧИТЬ НА ДЕТСКОГО ПИСАТЕЛЯ?

 

Для детей надо писать так же, как для взрослых, только еще лучше.

Литературная мудрость

 

Обычно это выражение «Для детей надо писать так же, как для взрослых, только ещё лучше» приписывают Максиму Горькому, иногда его приёмному сыну Самуилу Маршаку, реже – Корнею Чуковскому. На самом деле это – перефразировка точного высказывания К.С. Станиславского: «Для детей нужно играть так же, как и для взрослых, только гораздо лучше, тоньше, культурнее и совершеннее». Его привел в «Литературной газете» от 15 декабря 1939 года А.Крон в статье «Специфика. Заметки о театре для детей». Потом это высказывание повторялось на разные лады, но в ныне употребляемой форме афоризм приводится со ссылкой на моего любимого с детства исторического писателя Василия Яна в предисловии к его книге «Повести» (М., 1969): «Для детей надо писать так же, как для взрослых, но только – лучше». Предисловие написал через 30 лет после слов Станиславского М.В. Янчевецкий – сын Яна. Так скажите мне, автор «Батыя» и «Чингиз-хана» – детский писатель? Сегодня эти книги не каждый повзрослевший егэшник одолеет! А мы в школе – зачитывались!

К чему я завел очередной разговор о детской литературе, о её специфике и созидании? Просто прочитал интервью писателя Андрея Воронцова в той же «Литературной газете» (12 июля 2017 года), где он рассказал о своих новаторских планах. Газета сообщает, что в этом году он стал обладателем гранта Президента РФ в области культуры и искусства, а в конце марта назначен заведующим кафедрой литературы Московского государственного института культуры. Да, теперь наши кафедры в одном коридоре. Мы встретились, немного поговорили с Андреем в его новом кабинете, и мне тогда показалось, что он не совсем понял свою сверхзадачу: МГИК – вуз уникальный, многопрофильный, пёстрый. Русская литература – та платформа, которая помогает гуманитарно выстроить, идейно и эстетически воспитать и будущую балерину, и режиссёра, и хористку, и балалаечника, и работника туристской сферы. Ну, библиотекари литературу знают получше, а будущие журналисты и литературные работники на нашей кафедре журналистики – ещё лучше. Но всё равно – относительно плохо. Когда я стал читать второкурсникам на кафедре журналистики МосГУ предмет «Отечественная литература ХХ века», я ужаснулся: многие, воспитанные на ЕГЭ, не умеют мыслить и анализировать прочитанное, не знают ключевых фигур русской и советской литературы, почти ничего не читали, курсовые пишут без цитат и личного отношения – по Википедии. А это ведь будущие работники Слова! Что говорить о музыкантах и эстрадных певицах, которых воспитывает Лариса Долина, не имеющая даже высшего музыкального образования? Однако Воронцов, к моему удивлению, вдруг решил заняться совершенно другим:    

«– Планируете ли вы какие-либо нововведения на кафедре? Курсы, факультативы, творческие проекты? – спрашивает корреспондент.

– Мне бы хотелось, чтобы кафедра литературы была одним из центров творческой жизни во МГИКе (а до него-то что мы делали?! – А.Б.). И здесь пригодится и мой опыт работы мастером в Литинституте, и опыт руководимого мной литобъединения «Точки» при Совете по прозе Союза писателей России, каждый год выпускающего свои сборники. Правда, на сегодняшний день наша кафедра общеобразовательная, не выпускающая. Однако в 2018/2019 учебном году планируется в рамках объявленного недавно президентом России «Десятилетия детства» учредить при ней отделение детской литературы. И вот оно будет выпускающим, причём не детских библиотекарей и методистов (этим займётся другая кафедра МГИК), а детских писателей с квалификацией «литературный работник». Соответственно и занятия на детском отделении будут строиться по типу занятий в Литинституте – то есть с творческими семинарами по жанрам».

То есть, создавая как бы филиал Литинститута, где, кстати, нет специальности «детская литература» (да она и не нужна: я учился в семинаре поэзии Льва Ошанина, где писали и стихи для детей, никак не выделяя их из всего собственного творчества), мой давний товарищ Андрей Воронцов хочет сходу опровергнуть слова Виссариона Белинского, который первый задумался о детской литературе, её важности и специфике. При этом он подчеркнул: «Нужно родиться, а не сделаться детским писателем. Тут требуется не только талант, но и своего рода гений». Андрей хочет "сделать" детских писателей из вчерашних школьников, сходу разгадать в них гений, не убитый ЕГЭ. При том, что в МГУКИ создано направление: литературное творчество и художественный перевод. Пусть поступают все одарённые, упорно учатся. В ком проснётся дар детского писателя – тот пусть и вступит потом на эту стезю. Мы, наставники, должны поддержать, разглядеть и такую грань дарования. Но вообще-то, повторяю: задача кафедры литературы МГИК совсем в другом – образовать, привить любовь к литературе и танцорам, и музыкантам, и библиотекарям даже. Непочатый край огромной работы, а мы – сразу творцов и гениев на этом поприще желаем взращивать. Не получится, как показывает весь мировой опыт...

Мой кумир и любимый лирик Александр Блок пробовал писать специально стихи для детей, но они знаменитыми и востребованными самими детишками не стали. Не мудрено. Он пишет упрощённо, зримо, но малоинтересно:

Снег да снег. Всю избу занесло. 

Снег белеет кругом по колено. 

Так морозно, светло и бело! 

Только черные, черные стены...

И дыханье выходит из губ 

Застывающим в воздухе паром.

Вон дымок выползает из труб; 

Вот в окошке сидят с самоваром…

 

Ну, кого это из ребят захватит? Тем более первая строка читается двумя размерами, не даёт точного музыкального начала, что не свойственно Блоку. Ведь можно читать и так: «Снег да снег. Всю Избу занесло». Сравни у Николая Рубцова: «Выпал снег и всё забылось…» – сразу стихотворение летит. Так вот, как раз Рубцов специально стихов для детей и не писал, а его лирические шедевры собирались после смерти в тонкие книжки и издавались миллионными тиражами! Вот его «Воробей»:

Чуть живой. Не чирикает даже.

Замерзает совсем воробей.

Как заметит подводу с поклажей,

Из-под крыши бросается к ней!

И дрожит он над зернышком бедным,

И летит к чердаку своему.

А гляди, не становится вредным

Оттого, что так трудно ему…

 

Здесь ведь и живость есть, и мудрость, и назидательность ненавязчивая, усваиваемая ребёнком. Коля написал своё первое стихотворение в 6 лет, в детском доме. Оно сразу было трагически-серьёзным:

Вспомню, как жили мы

С мамой родною –

Всегда в веселе и в тепле.

Но вот наше счастье

Распалось на части –

Война наступила в стране.

 

Он и потом, всю свою жизнь писал стихи-исповеди о самом главном для себя и России. Предложи бывшему матросу-дальноморщику поступать на «отделение детской литературы» – он бы далеко послал. А потом у стремительно набиравшего высоту лирика стали рождаться стихи – добродушные зарисовки о живой природе, шуточны стихи про детей или дедушку Мазая. И они органично стали классикой детской поэзии. Вот он – естественный путь. И любил Коля больше всего не Маршака, а Пушкина и Тютчева.

Ещё до объявления Владимиром Путиным Десятилетия детства (что это такое – никто внятно не объяснил – наверное, десятилетие возврата к советским традициям, когда дети были единственным привилегированным классом?) вручили премию по детской, якобы, поэзии. Помню, включил в День работника культуры 25 марта новости – узнал про новую литературную «звезду», чью фамилию прежде и не слышал. Детская писательница Анастасия Орлова – кто такая в Кремле, почему не знаю? Потом в «Известиях» прочитал точнее: «Премии в области литературы и искусства за произведения для детей и юношества 2016 года было решено присудить кинорежиссеру Владимиру Грамматикову, детскому писателю Анастасии Рогах, а также художнику и режиссеру Леониду Шварцману». А… слышал такую редкую фамилию, но мне она ничего не говорит, а ведь это – странно. Дело даже не в том, что я – поэт и литературный критик, секретарь Союза писателей России ничего не знаю о ней (ну, не показывают по ТВ и почти ничего не пишут сегодня СМИ про литературу, её создателей), но всё-таки я четырежды дед, который старается следить за детской литературой, что-то покупать из книжной продукции на выставках-ярмарках, а вот ни сном не духом… А премия-то – главная, президентская, крупная, составляет 2,5 миллиона рублей. «Мама, думала ли ты, что я стану всамделишным детским писателем, таким, настоящим, да, уже, не игрушечным?» – обратилась Анастасия Орлова (она же Рогах) к своей маме. Наверное, стала всамделишным, но мне кажется, что Анастасия Рогах её не заслужила, простите. Хотя биография хорошая: родилась в 1981 году в городе Волжский Волгоградской области. Закончила Хакасский государственный университет, Институт экономики и управления. Работала менеджером в торгово-логистической компании, была индивидуальным предпринимателем.

Странно только выглядит такое несоответствие: является членом Союза писателей Москвы, но живет в городе Ярославле. Всё-таки в единый Союз писателей в дорыночные времена вступали по месту жительства, а теперь альтернативные писательские организации набирают членов отовсюду… Взлёт её был стремителен, она сама честно призналась: «Вот так я жила себе, придумывала-сочиняла, а когда выросла, писать постепенно перестала. Стихи вернулись, когда народился и слегка подрос второй сын. И это, поверьте, большая радость для меня – писать детские книжки». Участница 7-го и 8-го Семинаров молодых писателей, пишущих для детей (2010, 2011), и 10-го Форума молодых писателей России в Липках (2010), стипендиат министерства культуры РФ в 2013 году получила премию «Литературной газеты», призналась: «Вчера вернулась из Москвы лауреатом Общероссийской премии им. А.Дельвига в номинации «Литрезерв» за книгу «Яблочки-пятки», «возрождающую традиции поэзии для самых маленьких». Необычно, но приятно, что уж говорить». Конечно, приятно…

У Рогах немало книг, там есть настоящие находки, задорные интонации, даже филологические изыски. Надо попробовать, понятны ли они детишкам:

Чем,

Чем,

Чемодан,

Чемодан набит?

Ничем не набит –

Он пустой забыт.

 

Разве это ЧЕМодан?

Это же НИЧЕМодан.

 

Не очень, по-моему… А вот с этим стихотворением я как реалист в корне не согласен!

ВО-О-Т ТАКАЯ лужища

На солнце грела пузище,

От ветра лоб нахмуривши,

Лежала на пути.

А я стояла, думала

ВО-О-Т ТАКУЮ думищу –

Как бы эту лужищу

Получше обойти!

 

Если это про Госдумищу или про пузатую (раздутую) премию – то остроумно, если про детей, то совершенно неточно: нет большего наслаждения для ребёнка, чем лезть в любую лужищу, а не обходить её. Это я не как критик, а как дед утверждаю!

Так что давайте опираться на отечественный и мировой опыт и ничего не придумывать даже в Десятилетие детства. Опыт говорит: шедевры для детей создают зрелые мастера! Наш Буратино – это совсем не итальянский Пиннокио. Изначально классик советской литературы Алексей Толстой начинал «Буратино» как простой перевод романа Коллоди, но это ему показалось унылым и скучным. С благословения Маршака он в 56 лет (!) стал писать свою версию сказки. Так «Буратино» стал самостоятельным русским произведением. До 1986 года сказка издавалась в СССР 182 раза, общий тираж превысил 14,5 миллионов экземпляров, была переведена на 47 языков. Теперь – точных цифр нет. Или другой пример: в литературу Марк Твен пришел поздно. Профессиональным журналистом он стал в 27 лет, свою первую книгу писатель опубликовал в 34 года. В 41 год опытнейший газетчик, издатель, фельетонист Марк Твен написал произведение о Томе Сойере как роман для взрослых, но он так полюбился детям, что стал классикой мировой детской литературы. «Приключения Тома Сойера» понравились читателям всех возрастов, и Марк Твен написал «Приключения Гекльбери Финна». Эрнест Хемингуэй считал, что вся современная американская литература вышла из этого романа. Детская ли эта литература? – сомневаюсь. Просто – великая. Автор единственного романа Харпер Ли работала служащей авиалиний до конца 1950-х, когда она решила посвятить себя писательской работе. Она вела скромный образ жизни, в декабре 1956 года она получила письмо от друзей Майкла Брауна и Джоя Вильямса Брауна, в котором был подарок в виде оплаченного годового отпуска. Друзья писали: «У тебя есть один год отпуска, чтоб написать всё, что тебе хочется. Счастливого Рождества». Через год черновик романа «Убить пересмешника» был готов. Роман был опубликован в июле1960 года и стал бестселлером. В 2003 году роман Харпер Ли занял шестое место в рейтинге лучших книг по версии ВВС. Это произведение сегодня изучается в 80% американских школ, а фильм по нему, снятый в 1962 году, был номинирован на 8 премий «Оскар» и стал лауреатом трех номинаций.

Вот это пример, как надо пропагандировать настоящую литературу для детей даже в мире капитала. А мы – утратили опыт навязываем Гарри Поттера, забыв про традиции Алексея Толстого и Вениамина Каверина, Валентина Катаева и Александра Волкова. Да кто из классиков отечественной литературы ни писал для детей – от Михаила Шолохова до Валентина Распутина, от Сергея Есенина до Николая Рубцова. Надо беречь и доносить до наших детей несметное богатство, а появятся молодые писатели с этим редкостным даром – помогать им его развивать, приходить к детишкам с состоявшимся произведениями, а не устраивать искусственные кузницы кадров со школьной скамьи. А вообще, серьёзный разговор о детской литературе – давно назрел.

 

 

 




Прикрепленные изображения