Ольга ОБЛОМОВА. СОВСЕМ НЕ КРАСНАЯ ШАПОЧКА. Рассказ

Автор: Ольга ОБЛОМОВА | Рубрика: ПРОЗА | Просмотров: 846 | Дата: 2017-04-30 | Комментариев: 10

 

Ольга ОБЛОМОВА

СОВСЕМ НЕ КРАСНАЯ ШАПОЧКА

Рассказ

 

– Ну, ты, Славик, даёшь! – Яков Иванович энергичным шагом быстро двигался по коридору. Точнее, перемещал свой явно избыточный вес энергией внутренней силы, дававшей импульс массивному телу. Так, по крайней мере, это выглядело со стороны. – Дал, так дал, ничего не скажешь! – мощный голос Якова Ивановича будто прокладывал ему путь в пространстве коридора. Хотя заведующему кафедрой термодинамики и по совместительству проректору по научной работе, конечно же, и так бы уступили дорогу. – Молоток, одним словом!

– Да я не… – начал было Вячеслав Андреевич, в принципе поспевавший за товарищем. Правда, больше за счет высокого роста и широкого шага, отработанного еще в молодости годами занятий легкой атлетикой. Жизненной энергии на борьбу со свалившимися жизненными обстоятельствами у него оставалось всё меньше.

– Да молоток, молоток, не скромничай! – Яков Иванович подбодрил Вячеслава Андреевича, повысив и без того звучный голос еще на полтона. – Не каждый в 60 лет на такое решится!

– Да я не… – сделал еще одну, чуть более громкую попытку вклиниться в монолог Вячеслав Андреевич.

– Ладно-ладно, за комплименты можешь не благодарить! – добродушно ответствовал Яков Иванович. – Молодец, что так хорошо сохранился и до сих пор можешь…

– Да не снимался я ни в какой порнухе! – почти крикнул Вячеслав Андреевич.

В коридоре главного корпуса Политеха, обычно шумевшего многоголосьем студентов, преподавателей, заочников, вечерников и контрактников чуть ли не до глубокой ночи, повисла тишина. Ожидавшие под дверьми аудиенции с завкафедрой застыли в размышлениях, стоит ли настаивать на общении с Яковом Ивановичем сейчас или лучше отложить. Пожилая бухгалтер, выходившая как раз из методкабинета, внимательно посмотрела на Вячеслава Андреевича поверх очков. А стоявшие в очереди на сдачу экзамена под соседней аудиторией студенты почти синхронно оторвались от конспектов и учебников, кои пролистывали в надежде наверстать недоученное за семестр непосредственно перед экзаменом, и тоже уставились на Вячеслава Андреевича. Вячеславу Андреевичу в этот момент казалось, что на него смотрит чуть ли не весь мир, и каждый в этом мире в курсе всех его проблем.

– Ну, не снимался – так не снимался, – примирительно произнес Яков Иванович, вернувшись в обычную тональность. – Разберутся, выяснят, виновных накажут… Заходи, я дам тебе материалы конференции, которые обещал. Они как раз дошли до дверей кафедры термодинамики и Яков Иванович, взявшись за дверную ручку, жестом пригласил Вячеслава Андреевича проследовать за ним. Вячеслав Андреевич в глубине души вздохнул с облегчением: в коридоре под многочисленными молчаливыми взглядами он чувствовал себя неуютно. И возможность скрыться от всех взглядов за дверьми кафедры его, как никогда, обрадовала.

– Здравствуйте, коллеги! – громогласно поздоровался с присутствующими Яков Иванович.

– Здравствуйте! – вразнобой ответили сотрудники кафедры, которые, как оказалось, практически в полном составе ожидали своего заведующего. И тоже с интересом взялись разглядывать Вячеслава Андреевича, зашедшего следом. То ли им был слышен его крик отчаяния из коридора, то ли они уже были в курсе случившегося, но интерес был явно какой-то не такой, как обычно. Вячеслав Андреевич под пристальными взглядами собравшихся проследовал к столу завкафедрой через весь кабинет. И было непонятно, где ему было неуютнее – в коридоре или здесь, в помещении кафедры.

– Я тут заседание запланировал, так что вот материалы – изучай, потом обсудим! – Яков Иванович вручил папку с материалами и ободряюще улыбнулся Вячеславу Андреевичу. Теперь тому предстояло еще раз пройтись через весь кабинет под испытующими взглядами коллег и выйти в коридор, где его столь же внимательно разглядывали буквально минуту назад.

– Спасибо! – ответил Вячеслав Андреевич. – И всего хорошего, – продолжил, обращаясь уже ко всем сразу.

– До свидания! – ответило вразнобой несколько голосов, и Вячеслав Андреевич покинул кабинет.

 

***

– Как вы оказались в этой квартире? – следователь-майор слегка за сорок с интересом рассматривал сидевшего напротив него пожилого доцента.

– Я назначил дополнительные занятия отстающей студентке, – ответил Вячеслав Андреевич.

– Илоне? – уточнил следователь.

– Да, – подтвердил Вячеслав Андреевич. – Но оказалась, что СЭС в этот день будет проводить дератизацию и травить тараканов. Поэтому все помещения и аудитории корпуса в целях безопасности были закрыты, и туда никого не пускали – ни сотрудников, ни преподавателей, ни студентов.

– Так, – подбодрил майор было остановившегося в повествовании Вячеслава Андреевича.

– А поскольку до экзамена оставалось совсем мало времени, то мы поехали домой к ее знакомой, которая в это время отсутствовала в городе, и попросила Илону присмотреть за квартирой… Я всегда помогаю отстающим студентам! – решил уточнить ситуацию Вячеслав Андреевич.

– Да-да, конечно! – в голосе майора Вячеславу Андреевичу послышалась ухмылка. А, может, и не послышалась.

– Я мог бы пригласить к себе, но я живу в профессорском общежитии, а туда студентам вход строго воспрещен, – дополнительно уточнил Вячеслав Андреевич.

– Продолжайте, – кивнул майор.

– Мы приехали, позанимались, а потом появилось вот это видео, – поспешил завершить рассказ Вячеслав Андреевич.

Повисла пауза. Нелогичность перехода была очевидна, но следователь задумался, как бы об этом тактичнее сказать пожилому доценту напротив, а Вячеслав Андреевич так до сих пор и не придумал, как объяснить происхождение ситуации следствию.

– Следствие уже установило хозяйку квартиры, а также тот факт, что эту квартиру снимала как раз Илона, студентка вашего вуза. По крайней мере, договор аренды оформлен именно на нее. – Майор решил дать передышку изрядно разволновавшемуся собеседнику и пока говорил сам. Однако, похоже, эта информация лишь добавила волнения пожилому доценту.

– Также нам удалось получить ордер на обыск, который вот-вот должен закончиться, – майор глянул на часы. – И буквально завтра будет ясна полная картина произошедшего.

– Обыск? – растерянно переспросил Вячеслав Андреевич. – А без обыска никак нельзя было обойтись?

– Вячеслав Андреевич! – воскликнул следователь. Он даже не нашелся, что ответить по существу. – Скажите, вы до этого момента, запечатленного на видео, вступали в интимные отношения с Илоной?

– То есть Илона, по-вашему, была в курсе? – Вячеслав Андреевич пытался оправиться от только что услышанного.

– Не знаю, это установит следствие. Вы до момента, запечатленного на видео, вступали в интимные отношения с Илоной? – повторил вопрос майор.

– А зачем вам это знать? – Вячеславу Андреевичу казалось, что его не сложившуюся личную жизнь сейчас рассматривает под микроскопом весь мир.

– Следствие должно знать всё, чтобы оперативно выйти на заказчиков и исполнителей преступления, и наказать виновных, – ответил майор. – Так что там у вас с отношениями?

– Да, – ответил Вячеслав Андреевич. Врать не хотелось, да и разговаривать не хотелось тоже. Не хотелось, вообще, ничего. А от мысли, что это далеко не единственное пикантное видео с его участием, гуляющее по просторам Интернета, становилось тошно.

 

***

Вечером Вячеслав Андреевич в который раз набрал Илону, уже сдавшую все экзамены и уехавшую на каникулы. Ее телефон по-прежнему был не в сети. Но если предыдущие его звонки были обусловлены желанием как-то поддержать Илону перед предстоящими следственными действиями, то теперь у него появились к ней вопросы.

Диск с самопальной порнухой притащил в вуз кто-то из студентов, купивших его по дешевке на местном радиорынке. Запись была сделана на DVD-R с защитой от копирования. Однако сексуальная короткометражка с участием пожилого преподавателя начертательной геометрии и похожей на Илону брюнетки, лицо которой лишь в профиль попало в кадр, так понравилась студентам, что те сделали экранную копию. Не поленились же заснять все семь минут на камеру смартфона!

Теперь это видео гуляло по сети интернет, ссылка на него передавалась с почты на почту студентам Политеха, и даже было выложено на ю-туб от имени какого-то Kazanovy-69, установлением личности которого сейчас занимался отдел информационной безопасности следственного управления.

Вячеслав Андреевич впервые увидел сей шедевр в кабинете ректора, куда был вызван для дачи объяснений по поводу своего поведения, не соответствующего статусу преподавателя. А именно – по поводу съемок в порноролике. Илону на видео, кстати, не идентифицировали – мало ли брюнеток, с которыми потенциально мог бы развлечься Вячеслав Андреевич.

Так что новость о том, что он вступает в совсем уж неформальные отношения со студентками, пока еще не проникла в стены вуза. Если узнают еще и об этом, то последствия даже страшно представить. Выход на пенсию по возрасту – благо, Вячеславу Андреевичу уже исполнилось 60 – будет, видимо, самым лёгким выходом из ситуации.

Об этом он, кстати, совсем не подумал, когда в порыве гнева пообещал ректору написать заявление в полицию и потребовать найти тех, кто организовал несанкционированную съёмку. Также он был не в курсе порядка производимых в таких случаях следственных действий. А также того, что второй участник – точнее, участница процесса должна быть допрошена с пристрастием с целью установления истины.

Вячеслав Андреевич был уверен, что Илона точно также стала жертвой злоумышленников, и совсем не хотел, чтобы ее по этому поводу еще и допрашивали. Кстати, студенты особо не сомневались, что на видео именно Илона, хоть лицо полностью в кадр так и не попало. Во-первых, то, что Илона кокетничает и даже иногда уходит куда-то вместе с Вячеславом Андреевичем уже заметили все. Во-вторых, возле Вячеслава Андреевича никаких других женщин давно не было видно. Да и он больше ни с кем и не встречался.

Год назад он оформил официальный развод со своей второй женой – тогда еще преподавателем этого же вуза Эльвирой Дмитриевной. После развода Эльвира уехала в другой город к своему возлюбленному, из-за которого, собственно, и случился развод. Там она, будучи кандидатом наук, устроилась ведущим специалистом в отдел внедрения и технического сопровождения чего-то там на крупнейший в отрасли НПК, с которым у вуза были давние научные связи.

На этом НПК, кстати, и работал главным инженером ее новый возлюбленный. Пару месяцев назад они оформили отношения. Поговаривают, что из-за предстоящего в молодой семье пополнения. Эльвира Дмитриевна частенько приезжала в родной вуз в командировку, так как была задействована в процессе внедрения в производство научных разработок сотрудников Политеха. К тому же Эльвира, более запомнившаяся сотрудникам вуза как Эллочка из-за своего тогда еще юного возраста, сейчас рассчитывала получить ученое звание доцента, в чем надеялась на помощь своей альма-матер.

Эльвира стабильно передавала бывшему мужу привет через общих знакомых, Вячеслав Андреевич слал ответные приветы, даже не зная, доходят ли они к Эллочке. Дабы смягчить душевные страдания, которые принёс ему уход молодой жены к молодому любовнику, Вячеслав Андреевич с головой окунулся в новое любовное приключение. Благо, то не заставило себя долго ждать.

Эффектная студентка-брюнетка, никогда не снимавшая с головы красную бандану, взялась оказывать Вячеславу Андреевичу вполне конкретные знаки внимания. Носительница банданы стабильно прогуливала лекции, никогда не готовилась к семинарам и решительно ничего не знала к моменту экзамена. По этой причине она была дважды отправлена на пересдачу, и лишь после нескольких дополнительных занятий с Вячеславом Андреевичем, быстро перешедших в занятие, далекое от начертательной геометрии, сдала его предмет – начертательную геометрию.

Вячеслав Андреевич, наученный горьким опытом, теперь однозначно отправлял на пересдачу всех ничего не знавших студенток. Дело в том, что когда-то давно, несколько лет тому назад, он так и женился на своей второй жене Эллочке – блондинке, которая не произнесла на экзамене ни слова, но он ее почему-то пожалел и поставил «тройку». Благодарность Эллочки быстро переросла в нечто большее, чем просто благодарность за оценку выше «двойки», а сочувствие Вячеслава Андреевича к симпатичной студентке – в нечто большее, чем просто сочувствие красивой девушке, которой тяжело даётся учеба в техническом вузе.

Теперь бывшая студентка-троечница и по совместительству бывшая жена вот-вот догонит Вячеслава Андреевича по количеству научных степеней и ученых званий. Степень кандидата наук у нее с помощью Вячеслава Андреевича, устроившего ее в аспирантуру и фактически отучившегося там за нее, уже в наличии. Ученое звание доцента, с учетом пробивных способностей Эллочки, лишь дело времени, причем явно скорого.

От мысли о том, что о его сексуальных приключениях, рано или поздно, узнает регулярно бывающая в вузе Эллочка, было особенно гадко. Все его претензии и недовольство Эллочкой сейчас казались Вячеславу Андреевичу мелкими и какими-то глупыми. Точнее, глупыми были все его поступки, начиная от развода с первой женой – как раз из-за Эллочки – и заканчивая попыткой заступиться за честь своей новой пассии, которая, похоже, и организовала всю эту съемку.

Вячеслав Андреевич, кстати, удивлялся, что Илона при входе в квартиру всегда снимает свою ярко-красную бандану, однако не придавал этому особого значения. Хотя обычно девушка с ней не расставалась даже в помещении. Такая себе «Красная шапочка». На видео Илона была без банданы, а в остальном – девушка, как девушка. Как сотни других красивых и стройных девушек-брюнеток. И что он в ней нашёл? Зачем ему всё это было нужно?

 

***

– Я вызвал вас, чтобы ознакомить с результатами следственных действий, в том числе проведенного обыска, – майор-следователь по-деловому взглянул на сидевшего напротив Вячеслава Андреевича. – В результате обыска было обнаружено три скрытые камеры, установленные в помещении, которое арендовала Илона. Камеры изъяты и отправлены на экспертизу. В результате обнаружены отпечатки пальцев неизвестного мужчины, который, по всей видимости, занимался установкой оборудования. В нашей базе таких отпечатков нет, то есть гражданин не привлекался, не участвовал и в поле зрения правоохранительных органов ранее не попадал.

– Значит, это всё-таки не Илона? – с надеждой в голосе спросил Вячеслав Андреевич.

– Устанавливала камеры точно не Илона и не хозяйка квартиры, так как отпечатков женских пальцев на камерах нет. Или, если устанавливала, то в перчатках, тогда данный факт ни подтвердить, ни опровергнуть невозможно, – майор с легким сочувствием глянул на собеседника. – Равно, как и если бы удалось установить личность мужчины, занимавшегося установкой, нам бы не удалось привлечь его к ответственности, так как сам факт установки камеры в помещении по желанию хозяина или арендатора помещения не является противоправным. Также мы побеседовали с Илоной по месту ее нынешнего нахождения, то есть места отдыха, куда она отправилась на каникулы, – продолжил следователь.

– Как же вы ее там нашли? – наивно изумился Вячеслав Андреевич.

– Нашли, – не вдаваясь в подробности, снисходительно ответил майор. – Она, как и следовало ожидать, полностью отрицает свою причастность.

– Так, может, это и не она? – вновь поделился своей надеждой Вячеслав Андреевич.

– А также мы устроили проверку радиорынка, где был куплен диск с видео, – не стал отвлекаться на лирические отступления собеседника майор. – И обнаружили в продаже еще несколько дисков аналогичного содержания, в том числе с участием девушки, похожей на Илону. То есть той самой, что на видео с вашим участием.

– Как же так? – огорошено спросил Вячеслав Андреевич.

– С учетом отсутствия особых примет и полноразмерного изображения лица на видео сейчас не представляется возможным установить путем экспертизы, что девушка на видео – это именно ваша Илона. То есть даже если бы следствие установило, что девушка на видео системно занималась участием в производстве и распространении материалов порнографического характера, то нам всё равно не удалось бы привлечь Илону по статье, так как нет возможности доказать, что на видео – она.

Вячеслав Андреевич почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Было даже непонятно, от чего его тошнит больше – от предательства и подставы со стороны Илоны или собственной глупости и никчёмности.

– И, самое главное, – похоже, следователь решил добить бедного доцента окончательно. – Если вы будете настаивать, что на видео, действительно, Илона, то она может подать против вас иск о защите чести и достоинства и привлечь к ответственности за клевету. Доказать, что на видео она – невозможно. Следовательно, всё остальное – ваши домыслы. И даже если собрать показания свидетелей, видевших, как вы заходили вместе в квартиру, то они не могут быть доказательством того, что вы вступали в отношения такого рода и фиксировали их на видео.

– Да я и не собирался, – окончательно огорошенный Вячеслав Андреевич пытался собраться с мыслями. – Я думал, она такая же пострадавшая, как и я. И собирался найти и наказать негодяя. С вашей помощью, естественно, – уточнил, поймав насмешливо-сочувствующий взгляд майора, Вячеслав Андреевич.

На самом деле, Вячеславу Андреевичу совсем не хотелось бы, чтобы руководство Политеха идентифицировало девушку на видео как его студентку Илону, а не просто как похожую на миллионы других студенток, в том числе на Илону, брюнетку. Так что официальные выводы следствия в данном случае, вроде как, на руку. Действительно, а причем здесь Илона? Он, что, записался в монахи и не может развлечься с любой другой брюнеткой в этом городе? А та, другая, не могла записать эту секс-короткометражку для своего архива? А видео по досадной случайности не могло попасть в интернет? В нашу-то эпоху гаджетов?

Меры, обещанные ректорату, он принял: обратился в полицию и оказал содействие следствию. То, что полиция не нашла виновных, то уж, простите за тавтологию, не его вина.

– Что же теперь делать? – спросил Вячеслав Андреевич у следователя.

– Заберите заявление, – попросил следователь. – Предъявить официальные обвинения кому-либо мы не сможем, судебная перспектива – нулевая, а нам лишний «висяк» ни к чему. Если чем-то когда-то можем быть вам полезны по другому поводу – можете обращаться прямо ко мне, – предложил майор.

– Я, пожалуй, так и сделаю, – согласился окончательно опустошенный Вячеслав Андреевич.

 

***

– А вы пробовали когда-нибудь прожить на стипендию? – Илона насмешливо-снисходительно смотрела на Вячеслава Андреевича. Тому удалось-таки вытащить её на разговор.

– Когда мне не хватало денег, я подрабатывал лаборантом, писал контрольные заочникам и даже ходил разгружать вагоны, – нравоучительно начал Вячеслав Андреевич.

– Вагоны? – Илона оценивающе глянула на его худощавую высокую фигуру, хотя видела его, так сказать, во всем великолепии неоднократно.

– Ну, вагоны – всего пару раз, но всё равно! – Вячеслав Андреевич был готов настаивать на своей правоте.

– А девушке как заработать? Тоже вагоны пойти разгружать? – переспросила Илона.

– Но можно же устроиться работать лаборантом и… Вячеслав Андреевич запнулся.

– И писать контрольные заочникам? – саркастически продолжила Илона. Действительно, такой совет со стороны преподавателя был явно некорректным. Тогда оставалась лишь зарплата на полставки лаборанта, которая, будучи лишь чуть выше стипендии, вряд ли решала материальные проблемы хотя бы частично. Аргументов Вячеславу Андреевичу явно не хватало, но затаившаяся в глубинах души, хоть и не единожды попранная нравственность, норовила взять своё.

– Но вы же приличная девушка! – не успокаивался Вячеслав Андреевич. – Вы – будущая жена, мать! Как можно так бездумно рисковать своим здоровьем, здоровьем будущих детей?

– Мне казалось, вы заметили, что мы предохранялись, – приведенные аргументы никак не умерили сарказм Илоны.

– Так что, вы со мной были только из-за денег, которые можно выручить от продажи дисков? Так, получается? – не мог остановить поток упреков Вячеслав Андреевич.

– Ну, почему же! Вы мне еще и оценку поставили! Времени на учебу катастрофически не хватает, так как приходится тратить его на зарабатывание денег, а вы мне его сэкономили! Так что спасибо вам! Извините, если что-то не так, – спохватилась Илона, заметив огорошенное выражение лица Вячеслава Андреевича.

– Вы бы заканчивали с этим, – безнадежно предложил Вячеслав Андреевич.

– А я и заканчиваю! Тем более что камеры конфисковали, а новые покупать нецелесообразно. Сейчас новый тренд – секс по скайпу, в том числе с иностранцами. Достаточно одной камеры. Можно использовать ту, что на ноутбуке или планшете, – поделилась творческими планами на будущее Илона.

– Секс по чему? Это как? – не понял Вячеслав Андреевич.

– Неважно, – ответила Илона. – Вам это неинтересно. Повисла неловкая пауза.

– Простите еще раз, – с этими словами Илона приподнялась на цыпочки и чмокнула в щеку Вячеслава Андреевича. – Всего вам хорошего. Поцелуй был легким и воздушным, а недавно мучавшие вопросы «что я в ней нашел» и «зачем мне это» показались Вячеславу Андреевичу глупыми и почти идиотскими.

– И вам, – ответил Вячеслав Андреевич. Больше никаких лекций на курсе, где училась Илона, у него не было. Смысла продолжать общение, видимо, тоже.

– До свидания, Илона! – Вячеслав Андреевич отстранился и тяжело вздохнул, сглотнув подступивший к горлу ком.

– До свидания, – Илона постояла еще секунду и, развернувшись, пошла прочь.

«Илона, Элла… Эльвира… Прямо будуар какой-то! Одна занимается сексом за диссертацию, вторая – за деньги… Нет, даже не за деньги, а для видео, которое можно продать за деньги. Чёрт знает что!» – размышлял Вячеслав Андреевич, анализируя события прошедших нескольких лет своей жизни по дороге на кафедру.

– Славик, привет! – по дороге к главному корпусу Политеха его догонял Яков Иванович. К слову, именно он несколько лет назад помог Вячеславу Андреевичу разрулить последствия предыдущего секс-скандала с разводом после 25 лет семейной жизни и женитьбой на студентке, организовав перевод его и его жены Эллочки в местный Политех. – Как там дела со следствием? Продвигается?

– Я забрал заявление, – ответил Вячеслав Андреевич. – Найти того, кто снимал, невозможно, а полиции лишний «висяк» не нужен. Пообещали содействие в обмен на понимание, если что.

– Ну и правильно! – согласился Яков Иванович. – Девка-то хоть как? Ничего? – заговорщицки подмигнул он, кивнув в сторону, где Вячеслав Андреевич только что стоял и разговаривал с Илоной. Оказывается, он видел их прощальный поцелуй.

– Это не она, – ответил Вячеслав Андреевич.

– В смысле? – удивился Яков Иванович. – А все говорят, что она. Ректорат как-то напрягся даже. Я был на последнем заседании – мы там тебя как раз обсуждали в кулуарах, – хихикнул Яков Иванович.

– Просто похожа, – не дрогнув ни одним мускулом на лице, ответил Вячеслав Андреевич.

– А-а-а... это? – переспросил Яков Иванович, видимо, имея в виду поцелуй.

– Я ей сказал, чтобы не переживала. Поговорят – и забудут. Ну, похожа и похожа, так что теперь? Утешил, как мог, так сказать, – Вячеслав Андреевич вдруг почувствовал облегчение, что вся эта история со следствием закончилась.

– А, ну и хорошо! А то я уж думал, тебя опять выручать придется! Просить кого-то, чтобы помогли с переводом куда-нибудь в другой ВУЗ и переездом, – тоже, вроде как, с облегчением вздохнул Яков Иванович.

– Спасибо! Ты – настоящий друг, – Вячеслав Андреевич почти физически ощутил комок в горле.

– Ну-ну, только вот сантиментов не нужно, – отреагировал на изменившийся тембр голоса друга Яков Иванович. – Материалы конференции смотрел, кстати? Или тебе было не до этого?

– Почему же, просмотрел! Здорово, что теперь еще и фото докладчиков публикуют. Там одна доцент на мою первую жену в молодости очень похожа. Волосы – шикарные! Прямо вылитая Русалка! Можно, на следующую конференцию с ее участием поеду я? – вроде как пошутил Вячеслав Андреевич.

– А почему бы и нет? Можно, конечно! – вполне серьезно ответил Яков Иванович. – Обсудим ближе к делу, да? Я сейчас на заседание кафедры, а потом созвонимся.

– Да, конечно! Спасибо! – Вячеслав Андреевич почувствовал забытую в последнее время лёгкость во всем теле. Такое впечатление, что он уже спешил, летел, стремился навстречу своей молодости. Своей будущей молодости. «То Эллочка, почти Людоедка, то Красная шапочка, теперь вот Русалка. Живу, как в сказке! Кстати, почему Русалка? А какая она в жизни, интересно? – размышлял Вячеслав Андреевич. – Русалка… Да уж!».