Виктор ПЕТРОВ. ПИСЬМА ТАТЬЯНЕ В ДОНЕЦК. Стихи

Автор: Виктор ПЕТРОВ | Рубрика: ПОЭЗИЯ | Просмотров: 353 | Дата: 2017-03-02 | Комментариев: 2

 

Виктор ПЕТРОВ

ПИСЬМА ТАТЬЯНЕ В ДОНЕЦК

 

1.

Шубку носишь, как мантию,

Свет златится оплечь

Так, что взоры туманит

И срывается речь.

 

Ты морозом целована –

Тает снег на губах...

И затрону ли словом,

Сам ничтожный, как прах?

 

Лучше сразу на лобное

Место мне укажи,

Чем замёрзнуть в сугробах

У таможни-межи.

 

Я захлёстнут дорогами –

Заказала мой путь.

Губы, может быть, дрогнут,

А снежинок не сдуть.

 

Королевской ли милостью

Дан московский мне сон?

Если даже примстилось,

Да не кончится он!

 

2.

Я пить не пью – пускай другие пьют,

Но рядом ты, что обожаешь брют.

 

И голова моя в огне, в дыму...

Куда бокалы делись, не пойму?

 

И разливаем по стаканам брют

Под ветра плач о тех, кого убьют,

 

И даже, может быть, сейчас как раз –

И горек ветра мёрзлого рассказ.

 

Пронизывает стены вьюги вой:

И кто живой – уже как неживой.

 

То адский смерч забил из-под земли,

Обрушивая мир вблизи, вдали...

 

Зияют хладом шахтные стволы,

И уголь не сгорает до золы.

 

И злу назло – с тобою визави:

Искрится брют, шампанское любви...

 

Опять проездом в городе моём –

И крымский брют за нашу встречу пьём,

 

И ветры на дорогах петли вьют,

И вот уже в глазах искрится брют,

 

И есть на всё про всё лишь два часа...

А там прифронтовая полоса –

 

И сбросит мама эсэмэску: «Жду...»

И тем отводит наперёд беду.

 

Стихийный вой – потусторонний крик,

Не он ли в душу остриём проник?

 

И снежная клубится в окнах взвесь –

И вдруг волчица подвывает здесь.

 

Я знаю ту волчицу. Как не знать!

Везде мелькает мстительная стать.

 

Зовут зверюгу северной пургой,

Но здесь другая – быть хочу с другой.

 

И что мне волчья бешеная пасть,

Когда бы с нежностью к тебе припасть!

 

Но горек сладкий вкус вина,

И глаз твоих лазурь затенена.

 

В такую ночь друг другу мы никто...

И тронется попутное авто.

 

Не знаю горше слова, чем «пора»,

А ехать из Ростова до утра.

 

И снег слепит – не видно ни черта!

Таможенная застрожит черта.

 

И выстужен метелью мой уют,

Но розовым отсвечивает брют.

 

3.

Когда тебя караулит комендантский час

И ты, срывая дыхание, спешишь домой,

Молю Всевышнего, чтобы сохранил и спас

Расстрельный город, терзаемый осадной тьмой.

 

Татьяна, прядка твоя – свечение свечи,

Кольцо Сваровски мерцает... Не сама ли свет?!

Отыскиваешь наощупь в сумочке ключи,

Закрыла двери и открываешь интернет.

 

И вот уже переходишь в заэкранный мир –

Забыться, не видеть ничего, не знать о тех,

Кому охота превратить в убийственный тир

И город, и полночь, и слово, и сон, и смех.

 

Напишешь коротко мне в сети: «Переживём...».

А я ищу последнюю сводку о тебе:

Смотрю на карту, испепелённую огнём,

И ненавижу упражняющихся в стрельбе.

 

Дымится чёрное с белым – взрывы на снегу,

Но в «Одноклассниках» фото выставишь опять:

Оружие у тебя – презрение к врагу,

Твоё сопротивление – выжить, устоять.

 

Уже никто не сможет заставить быть иной,

Хотя и жилочка проступает на виске,

Когда Валькирия пролетает стороной

И выстрел залповый громыхает вдалеке.

 

Твои уроки русского – пятый класс, шестой –

Да не прервёт шальная осколочная месть!

Идёшь по городу, ослепляя красотой,

И что бы там ни было, такая ты – как есть.

 

4.

Было ни холодно ни жарко мне –

Стал просыпаться чуть свет.

Ты адаптированный жаворонок.

Почту открою – да? нет?..

 

Запад кровавит небо сутками:

Письма с войны – из темна.

Чудишься, птаха, в полусумраке,

Если стою у окна.

 

Счастье какое ты, несчастье ли,

Знать бы, да знать не хочу:

То, что случилось, пусть случается –

Чиркнет крыло по плечу.

 

Метка, а может быть, глубокая

Рана, и чтоб – навсегда!

Только посмотришь, волоокая,

Сердце летит в никуда.

 

Оберегаешься запретами,

И всё равно – не избыл,

Следуя за курсором трепетным

По мановению крыл.

 

Будешь со мной, не будешь рядом ты,

Правое дело в ином:

Правдами всеми и неправдами

Жаворонок – за окном!

 

5.

Блокадный город с псевдонимом Сталина

Своих не сдаст и не уступит силе:

Пускай стальное имя заменили,

Но сущность непреклонная оставлена.

 

И знаю, есть в тебе черта упрямая:

Взглянуть на мир с отчаянным прищуром...

А все переговоры на смех курам –

Зияют окна выбитыми рамами.

 

Оплакать ли, да разве плачи русские

И нам с тобою родственная мова

Облегчат душу?.. Нету слов – ни слова,

Когда мертвеет в небе солнце тусклое!

 

6.

Разгадать захочу

Твой фиалковый сон

И уйду за кордон,

Уподобясь лучу.

 

Что граница? Ничто,

Коль на раз пересечь!

Да об этом ли речь –

Не задержит никто.

 

Мы с тобой не вдвоём –

Нас как будто бы нет,

Но фиалковый свет

Бьёт в оконный проём.

 

И навстречу лучу,

А быть может, и мне

Тень скользнёт по стене,

Как хотел, как хочу...

 

Тень твоя или сон?

Знать не знаю теперь,

Если столько потерь

С двух родимых сторон.

 

Адом сделался рай,

Да неужто навек?

Не убий, имярек,

Сам же не умирай!

 

На окраине сна

И разрывы, и тлен,

И проломами стен

Засквозила весна.

 

Мой лазоревый склон

Ослезили цветы:

Взор ли бросила ты –

Как фиалковый сон?

 

Ростов-на-Дону