Марк ЛЮБОМУДРОВ. БОРИС СТРУГАЦКИЙ НЕЗАБЫВАЕМЫЙ

Автор: Марк ЛЮБОМУДРОВ | Рубрика: ПОЛЕМИКА | Просмотров: 797 | Дата: 2016-08-22 | Комментариев: 1

 

Марк ЛЮБОМУДРОВ

БОРИС СТРУГАЦКИЙ  НЕЗАБЫВАЕМЫЙ

 

«Новый Петербург» (№19, 19.05.2016) перепечатал статью Бориса Стругацкого «Будете кричать не «Хайль», а «Слава»», ранее опубликованную в газете «Невское время» (1995).

Первая публикация статьи относится ко времени, когда в Государственной Думе РФ решили подготовить закон о борьбе с фашизмом (1995). Тогда однако выяснилось, что не существует четкого, юридически обоснованного определения самого термина. Выдвинутые разными фракциями формулировки были отвергнуты как несостоятельные. Тогда решили обратиться за помощью к Академии наук. По-моему, АН до сих пор трудится над этим заданием, а закон о борьбе с фашизмом так и не появился.

Тогда-то и поспешил на помощь еврейский литератор-фантаст Борис Стругацкий со своей статьей «Будете кричать…». Прежде всего автор выразил твердую убеждённость в том, что народ России заражён фашизмом: «Чума в нашем доме. В первую очередь она поражает оскорблённых и униженных, а их так много сейчас». Автор пророчит неисчислимые беды – «как только придут к власти ваши фюреры».

Выступление известного писателя затрагивает многие из «вечных», не стареющих тем российской общественно-политической борьбы. Поэтому показалось полезным ещё раз перечитать его текст.

Статья утверждает, что народ, зная немецкий фашизм, якобы понятия не имеет, что «существует и другой фашизм… свой, доморощенный». Поучая, автор пишет, что фашизм – это «очень просто!»: «Фашизм есть диктатура националистов». «Будете кричать…» – это о русских.

Но вскоре выясняется, что поучая других, Стругацкий сам весьма смутно представляет себе предмет обсуждения. Читатель может запутаться в хитросплетениях ложно толкуемых дефиниций – «патриотизм», «национализм», «раса», «нацизм» и др.

Всё «очень просто». Автор убеждён, что для него не существует ничего сложного. Но так ли это на самом деле? Возможно, что для Академии наук фашизм нечто неразгаданное. Стругацкий напоминает: «Сейчас Академия наук, выполняя указ президента, лихорадочно формулирует научное определение фашизма». Не очень ясно, однако, почему, как предрекает статья, это определение будет точное, но «дьявольски сложное» (?!).

Логике автора не позавидуешь: всё же, «сложное» или «простое» пресловутое это понятие?.. Путаясь в своих дефинициях, Стругацкий продолжает умножать определения: «Фашизм – это задержавшийся в развитии феодализм… Это феодализм сегодня», «фашизм – это ложь», «фашизм – это диктатура нацистов».

Литератор призывает не путать национализм с патриотизмом, но сам обнаруживает невежество в понимании этих категорий. Пишет, что «патриотизм – это любовь к своему народу», между тем известно, хотя бы из этимологии самого слова, что патриотизм – это любовь к родине, к государству. О национализме сказано – «это неприязнь к чужому». Но неприязнь к чужому всегда называлась ксенофобией.

В истории, правда, известны взгляды, сопровождаемые категоричной «неприязнью к чужому». Это расовые доктрины гитлеризма и иудаизма. Для них типична убежденность в расовой избранности своих народов.

Видимо незнакомо Стругацкому и понятие шовинизма, ибо шовинистом, а не националистом является человек, «исповедующий (и проповедующий) превосходство одной нации над другими».

«Очень важный признак фашизма – ложь», читаем в статье. Однако автор сам же в рассмотрении проблемы напускает густой туман из ложных посылок и фальшивых определений. Заметим, к слову, что ложь сопутствует многим политическим режимам, в том числе и либерально-демократическим. Замечательный русский правовед и государственный деятель К.П. Победоносцев, свою статью о демократии не случайно назвал «Великая ложь нашего времени».

Дилетантизм, невежество и апломб обнаруживаются во многих абзацах этого претенциозного «послания». Вот ещё пассаж с обличением ненавистного автору национализма: только «националист всегда мыслит категориями «свои – чужие»». Но спросим – а как мыслили наши бойцы на фронтах войны с гитлеровской Германией?

Деление на «свои – чужие» вообще свойственно любому живому организму, не утратившему инстинкта самосохранения. Как представляется, это свойство присуще (и в весьма обостренной форме) и самому Стругацкому. Заметим, что идеологию, говоря его словами, когда «целые народы с легкостью необыкновенной записывают в негодяи», проповедовал не русский солдат-фронтовик, а еврейский писатель Илья Эренбург, напечатавший тогда, в годы войны, резонансную статью-призыв «Убей немца». Что же, г-н Стругацкий и Эренбурга запишет в фашисты? А как быть с известным еврейским политологом Збигневым Бжезинским, который без обиняков заявляет, что «русский народ – лишний народ»?

Статья «Будете кричать…» написана с самоуверенностью гуру, которому должны внимать безоговорочно, и приговор его не подлежит спорам. Но путаницы и лжи в тексте многовато… Вот ещё пример. Стругацкий пишет – «только фашисты людей делят на расы». Но многорасовость человечества обусловлена самой природой, разными нас сделал Создатель мира и человека. Помимо всего, стыдно не знать, что существует и уже имеет богатую историю наука – расология, которая не только «делит на расы», но и изучает их особенности.

Всемирно известные так называемые «Протоколы сионских мудрецов» названы автором фальшивыми. Однако непредвзятому и вменяемому читателю даже не обязательно текстуально проверять их подлинность. Достаточно всмотреться в исторический процесс: ХХ век во многом развивался в соответствии с содержанием «Протоколов». В прошлом была попытка указать на их якобы подложность (суд в Берне, 1936). Но Апелляционный суд в Цюрихе (1937) признал несостоятельным мнение о подложности «Протоколов», то есть подтвердил их достоверность.

Гневается Борис Натанович ещё против русских «разглагольствований», что-де «евреи русский народ споили», «все кавказцы – прирождённые бандиты». Но где же, уважаемый фантаст, вы это слышали, когда, от кого, или где прочли? Без документальных ссылок эти эскапады можно оценить как клевету.

Обращаясь к русскому народу, Стругацкий вспоминает: «Вы всю жизнь гордились победой нашей страны над фашизмом». Вот бы и поставить здесь точку. Но в своей обвинительной ретивости автор не в состоянии остановиться и пишет далее: «Но вы позволили себе встать в ряды борцов за диктатуру националистов – и вы уже (?! – М.Л.) фашист».

Здесь полезно договорить мысль до конца. О диктатуре каких националистов пишется? В ХХ веке в России известны – диктатура еврейских большевиков после октябрьского переворота 1917 года и продолживший её такой же русофобский и богоборческий сталинский террор. И можно ли сомневаться, кто в эти годы был для вас «свой», а кто «чужой». Не ваши ли, г-н Стругацкий, как вы выражаетесь «фюреры» (в большинстве еврейские) пришли тогда к власти, и заработал (цитирую статью) «отлаженный конвейер: устранение инакомыслящих – подавление неизбежного протеста – концлагеря, виселицы – упадок мирной экономики – милитаризация – война»… И против русского народа – который вы облыжно обвинили в склонности к фашизму – был развернут беспримерный геноцид, по сравнению с которым, скажем еврейский холокост окажется несопоставимо меньшим по числу жертв. Об этом имеется богатая литература, упомянем хотя бы книги А.Солженицына, И.Шафаревича, О.Платонова, Б.Миронова, Ю.Козенкова и других.

О русской национальной диктатуре – как переходном к монархии этапе – мечтал великий мыслитель ХХ в. И.А. Ильин. Он очень опасался того, что реально произошло в России после ликвидации СССР – перехвата власти либерастами-компрадорами, взращёнными в номенклатурных недрах вчерашней КПСС. К несчастью, и сегодня мечта Ильина, увы, остаётся всё ещё призрачной.

Всё же крайне полезно разобраться с научным определением фашизма. Хотя бы в целях установления политкорректности в публичных дискуссиях.

Вспомним. В советские времена в большом ходу были доносительские обвинения: «внеклассовый», «антисоветский», «антимарксистский» и т.п. В постсоветские годы, тоже знакомые, чуть подновлённые – «черносотенный», «шовинистический», «антисемитский». От времени они срабатываются, тускнеют. Тогда идёт в употребление совсем уже неотразимое – «фашистский»… Это очень удобный способ полемики. Он избавляет от необходимости предъявлять доказательства, аргументы. Предполагается, что от одного вскрика «фашист» русский человек должен ложиться в нокаут.

Мне понятна логика «Нового Петербурга», который повторил публикацию статьи Стругацкого. Ибо за 20 лет, минувших со дня первого её появления, мало что изменилось в оклеветании русского народа либерал-космополитами. Не остывает русофобия. И используются всё те же приёмы нападения. «Фашизм» остаётся распространённым жупелом, которым враги дубасят по русским головам.

Если бы наши думцы образца 1995 года были образованнее и начитаннее, им не пришлось бы в поисках определения фашизма напрягать Академию наук. Достаточно было бы обратиться к сочинениям И.А. Ильина, который на самом себе испытал, что такое немецкий фашизм, чудом избежав гитлеровского концлагеря.

Да, я снова цитирую Ильина, ибо о нём можно твёрдо сказать: «Ильин – наше всё!».

Его определение пресловутого термина можно бы назвать почти исчерпывающим – во всяком случае по отношению к реально существовавшим и ныне бытующим политическим режимам. В своём замечательном, пророческом труде «Наши задачи» (в РФ впервые напечатан в 1992 году) Ильин обозначил следующие признаки фашизма:

«1. Безрелигиозность. Враждебное отношение к христианству, к религии, исповеданиям и церквам вообще.

2. Создание правого тоталитаризма, как постоянного и якобы «идеального» строя.

3. Установление партийной монополии и вырастающей из неё коррупции и деморализации.

4. Уход в крайности национализма и воинственного шовинизма (национальная «маниа грандиоза»).

5. Смешение социальных реформ с социализмом и соскальзывание через тоталитаризм в огосударствление хозяйства.

6. Впадение в идолопоклоннический цезаризм с его демагогией, раболепством и деспотией». (Взято из статьи «О фашизме».)

Не менее важно разобраться и с категорией «национализма», которая к настоящему времени обросла невероятным количеством лжи, фальсификаций, извращений и спекуляций.

Напомню, что тысячу лет Российское государство развивалось на основе симфонии трех властных сил – «Православие, самодержавие, национализм» (при переводе с французского, на котором был написан этот текст графом С.Уваровым, термин «национализм» заменили на «народность»).

Формулируя кратко, с опорой на русское социально-философское наследие, можно утверждать, что национализм является высшей формой духовно-политического, исторического и этнокультурного самосознания народа, служит сосредоточенным, идейно оформленным выражением солидарных интересов нации. Национализм – это интегрирующая, сплачивающая народ сила. Напомним, что крупнейшими идеологами русского национализма в ХIХ веке были славянофилы, включая Пушкина, Гоголя, Достоевского. А в веке ХХ, пожалуй, прежде иных имен назовем И.А. Ильина. Проблемам национализма он посвятил многочисленную серию статей, отстаивая и развивая это понятие. В национализме мыслитель видел любовь к исторически-духовному облику своего народа, чувство, которое ведёт нацию к духовному расцвету.

Суммируя признаки национализма, концентрируя его суть, Ильин писал: «Национализм – это государственно-структурная политика, направленная на сбережение, приумножение и развитие нации, когда чувство личного самосохранения уступает чувству самосохранения нации, а отношение к её врагам становится беспощадным».

Вот истины, которых старательно избегали и избегают стругацкие и их единомышленники. Не потому ли, что всмотревшись в них как в зеркало, могут узнать и самих себя?

Политически чуткий «Новый Петербург» нежданным образом напомнил нам о злободневности противостояний, которые, в сущности, никогда не стихали – за период, говоря словами Солженицына, что мы провели «двести лет вместе»…

В заключение замечу, что проза Стругацких всегда была мне чужой, казалась искусственной, головной, иногда лубочно-политизированной. Что касается таких русофобских произведений как «Отягощенные злом, или сорок лет спустя», то кроме возмущения и брезгливости иных чувств не возникало.

Между прочим, я и Борис Стругацкий одноклассники, оба закончили ленинградскую школу № 107. И сидели на соседних партах…