Денис БАЛИН. ЛИНИЯ ЖИЗНИ. Рассказ (дебют в прозе)

Автор: Денис БАЛИН | Рубрика: ДЕБЮТ | Просмотров: 288 | Дата: 2016-08-19 | Коментариев: 6

 

Денис БАЛИН

ЛИНИЯ ЖИЗНИ

Рассказ

 

Андрей плохо спал этой ночью. На часах ещё не было четырёх утра, а он уже сидел на краю кровати, зевал, растирая ладонями своё помятое – от подушки и одеяла – лицо, напоминающее в этот момент более тесто, чем что-то человеческое. Во всяком случае, ему так казалось. Он погладил ладонью свою щёку, она была чужой и колючей. Туман в голове никак не мог рассеяться. В нём можно было заблудиться и уснуть до вечера. Хотелось щёлкнуть пальцами и выключить реальность. Перестать существовать хоть на пару часов, минут, секунд.

“Во рту этой ночью явно кто-то умер, – подумал Андрей. – Лучше бы умер я”. Голова болела и собиралась разорваться в разные стороны, как арбуз после выстрела в него из ружья. Андрей представил себе эту комнату и разбросанные по ней мозги – кусочки его личности, воспоминаний и планов. Заляпанный планшет новой модели, который он купил на прошлой недели, компьютер, шкаф, оставшийся ещё с тех дремучих, доисторических времён, когда его отец был молод, даже новый, плоский телевизор, тоже купленный в этом году с выгодной скидкой в супермаркете.

“Получилось бы крутое видео, жаль, сейчас нет под рукой видеокамеры, – подумал он. – С другой стороны, это бы выглядело как-то не эстетично, да и расстраивать совершенно никого не хочется. Мало ли кто из-за моего поступка пострадает. Не понимаю всех этих руферов и прочих экстремалов. Они готовы идти до конца, в новостях постоянно мелькают сообщения, что очередной безбашенный чувак сорвался с высоты и погиб. Они совсем не думают про окружающих. Личная свобода заканчивает там, где начинается свобода другого. Зачем тратить свою жизнь на такую фигню. Голова поболит и пройдет. Не надо было вчера столько пить”.

Дисплей смартфона включился и издал звук, напоминающий коровье “Му-у-у”, затем последовала пожарная тревога. Андрей выключил будильник и ещё несколько поставленных вперёд на случай, если он проспит.

Где-то за горизонтом приближался рассвет и теплое рыжее солнце. Андрей улыбнулся. Энергичным движением встал и прислушался, словно пытался настроить невидимое радио внутри головы на волну настоящего. Люди, домашние животные и целый мир вокруг ещё спали. Ранее утро готовилось встретить новый день.

Подошёл к окну. С десятого этажа отлично просматривалась местность. Он мог стоять часами тут и наблюдать через бинокль за происходящим у дома, двора, на близлежащих улицах. Однажды он видел, как под соседним окном справлял естественную нужду какой-то грязный бомж, а как-то из окна второго этажа лез мужик в трусах. Он ловко добрался до трубы и сполз вниз. Бинокль – полезное и практичное изобретение. Без него зрение не такое чёткое.

Но он не планировал на этом останавливаться и уже несколько месяцев собирался купить мощную видеокамеру и вести прямые трансляции в интернет. Сейчас это стало особенно модно, не бегать же как дурак, ловя каких-то виртуальных покемонов. В своей голове Андрей уже всё продумал, практическое применение этого чуда техники возбуждало фантазию и будило разнообразные мысли. Называлась бы это всё “Жизнь моего двора” или “Во дворе”. 

“Но, мало только задействовать двор, – думал он. – Можно установить камеру в подъезде и вести веб-программу, назову-ка её “На лестнице””.

Великое множество вариантов и идей одолевали его каждый день, не давали отдохнуть, переполняли и давили. Только утреннее похмелье спасало от подобных размышлений.

Спустя какое-то время Андрею, наконец, удалось сквозь предрассветные сумерки и свои ещё туманные глаза разглядеть дождь. Фонарь во дворе светил и чем-то походил на тот маяк, освещающий путь кораблям и не дававший им разбиться о скалы. В его тусклом свете можно было разглядеть, как огромные капли падают на землю и объединяются в некрасивые лужи. Серое небо нависало над крышами домов, хмурилось и угрожало раздавить городок своей небесной тушей.

Холодное лето 2016 словно готовилось к новому всемирному потопу.

При желании можно было открыть окно и выйти с этой высоты к подъезду, прекратив своё существование; решив таким образом все проблемы, выключить для себя всю эту вселенную и самоликвидироваться. Тогда не придётся о чем-либо мечтать, планировать свою жизнедеятельность. Но эта мысль тоже была мимолётной и смешной.

Погода в очередной раз расстраивала. На севере летние дни имеют особенное значение, несколько недель тепла просто необходимы. В этом году северу не повезло, весна решила дотянуть до осени и оставить местных жителей без хорошей погоды. Говорят, что Земля вступает в новый холодный цикл, в такие периоды тёплое десятилетие сменяется холодным, это как-то связанно с активностью нашей звезды «по имени Солнце».

“Да, против космической природы не попрёшь. Вот и буду заодно фиксировать на камеру природные изменения, хоть что-то полезное для человечества”, – эта мысль вызвала улыбку, приятную и радостную.

Зайдя в ванну, чтобы почистить зубы и освежиться, он посмотрел в зеркало на себя и не сразу узнал, слово давно не видел, хотя только вчера так же стоял на этом месте и смотрел на этого, почти пятидесятилетнего, мужика, которым он стал. Волосы на бороде уже начинали постепенно седеть, мешки под серыми, уставшими глазами, ещё не глубокие, но отчётливые морщины в уголках губ, на лбу, возле век, ёжик на голове тоже постепенно наполнялся сединой, скоро этот необратимый процесс будет завершён, окончательно превратив его в старика.

Как быстро летит время. Несколько лет назад по дороге домой его остановила цыганка и пристала с гаданиями. Обычно с такими персонажами ему было общаться неприятно, но в тот раз он почему-то поддался. Она посмотрела на его руку и сказала: “Ты будешь жить долго, смотри, дорогой, какая у тебя хорошая линия жизни. Денег будет много, внуков…”. И даже не взяв денег, просто растворилась в тумане города.

Обзавестись детьми, а значит и внуками, не получилось, но втайне ему хотелось, чтобы слова о долгой жизни всё-таки сбылись.

Он умыл лицо, надел свежую майку, натянул джинсы. Затем пошел на кухню, вскипятил чайник, заварил кофе – стандартный утренний ритуал.

– Доброе утро, Андрей Викторович! – произнёс он, словно пробуя каждое слово на вкус, ощущая звуки их на губах, проникновения собственного голоса в уши, и сделал первый глоток бодрящего напитка.

Стало ещё легче. Слова зазвучали невозможно родными, от них исходило тепло…

Андрей посмотрел на стену, где висели часы, секундная стрелка стремительно совершала своё путешествие вокруг циферблата. Было без двадцати пять.

Он достал из холодильника пол-литра водки и налил себе полную рюмку. Выпив её залпом, налил ещё одну и, выдохнув со всей силой своих лёгких, отправил следом добавку. Внутри стало уютно и тепло, глаза заблестели.

Чьи-то ноги громко застучали по ступенькам в подъезде, разрушая прекрасную тишину, варварски врываясь в уютное и приятное затишье. “Видимо, лифт снова не работал”, – подумал Андрей. Через мгновение тишина снова овладела пространством и временем. Это мимолетное вторжение Андрей расценил, как сигнал к действию. Он надел кроссовки, легкую куртку и вышел из квартиры.

Оказалось, что дождь уже практически прекратился. Мокрые листья сбрасывали капли на почву, затопленный асфальт находился в ожидании прохожих и кораблей-автомобилей, припаркованных на ночь своими хозяевами на пристани дворовой парковки. 

Пришлось выбираться отсюда по бордюру и клумбам, изображая артиста цирка, но избежать промокания обуви не удалось. Кроссовки изрядно нахватались воды, стали неприятные и тяжелые.

Наконец, ему удалось выбрать из плена стихии и найти благоприятный маршрут, идя более уверенным шагом, и не перепрыгивая через лужи.

Тропинка вывела его к автобусной остановке, где уже стояло несколько человек.

По дороге ему никто не встречался, казалось, что все вымерли в одно мгновение, и он остался совершенно один в этом огромном мире. Даже автомобили не проезжали мимо. Ему это нравилось, делить планету с кем-то ещё совершенно не хотелось.

Очереди никакой не было, на первый автобус собирается обычно мало людей.

Люди на остановке бросили равнодушный взгляд на подошедшего пришельца и тут же забыли про его существование. Грязный, небритый и воняющий бомж так же равнодушно лежал внутри на скамейке и вообще никого не замечал. Несмотря на то, что стены остановки были прозрачные, и его было трудно не увидеть, все присутствующие тактично отвечали бомжу взаимностью.

Андрей достал телефон, на дисплее были выведены цифры: 5:17. Транспорт должен скоро подъехать.

Серые облака местами темнели, набирая новые силы для атаки. Ветра почти не было. Природа ожидала бури и помалкивала. Но городок уже просыпался, по дороге стали чаще ездить автомобили, по тротуарам и подземным переходам зачастили прохожие, спешащие по своим делам.

Долго ждать не пришлось, вдалеке показалось сплюснутое рыло автобуса и через минуты все присутствующие, кроме спящего бомжа, загрузились в его утробу. Водитель собрал дань и, повернув ключ зажигания, продолжил следовать по своему маршруту.

Помимо вновь прибывших внутри уже находилось два человека, они дремали и мало интересовались происходящим вокруг. Андрей решил последовать их примеру и утроился на самых задних местах, закрыв глаза. К этому времени голова перестала гудеть. Он вспомнил свою утреннюю фантазию с разбросанными по комнате мозгами, и она показалась ещё более глупой.

Коробка передач скрипела и визжала, как будто её насиловали в самой грубой форме. Автобус лениво раскачивался на неровностях асфальта. На мгновение ему показалось, что удалось уснуть. Но это было лишь мгновение. Автобус снова остановился и слегка толкнул его в спину. Он открыл глаза. Двери открылись и выдохнули, зашла свежая партия пассажиров.

В окно смотреть не хотелось. Андрей устал от этого города не просто морально, но и физически, до настоящей боли в суставах. Он уже не мог видеть все эти серые дома, заросшие газоны, ямы, лужи, равнодушные лица людей, которым не хватает солнца, сытости и благополучия. Даже свой двор, на который он часами смотрел из окна, был ненавистен и жалок.

Ему немного удалось поспать, пока не приехали на конечную остановку возле метро и не пришлось выходить. Путешествие из областного городка до Петербурга занимает всего час, обычно в это время можно неплохо вздремнуть.

Первым делом он купил кофе в автомате и пачку сигарет. День предстоял длинный, нужно было подзарядиться.

Когда-то тут стоял газетный киоск и был небольшой рыночек, на котором старушки продавали какой-то укроп или носки, а ещё раньше тут было просто поле и некий мужичок пас своё стадо коров или ещё кого там, но Андрею сейчас было в это трудно поверить. Торговые центры и другие неуклюжие стеклянные здания оккупировали площадь около автостанции, обросли павильонами и ларьками. Казалось, что того прошлого никогда не было, а эти торговые гиганты всегда стояли тут, выдаивая кошельки обывателей.

От утренней тишины не осталось и следа. Многие горожане проснулись и спешили по своим делам мимо этих стеклянных насосов по выкачиванию денег, периодически попадая по дороге в лапы капитализма.

Он завернул за угол, где уже стояла припаркованная газель. Его ждали. Трое парней, недовольные опозданием, вызывающе на него глядели. Они были однотипны, словно братья: крепкого телосложения, хмурые и суровые. Любой из них мог бы несколькими ударами вырубить мужика среднего телосложения, как Андрей, и даже не вспотел бы.

– Ты где ходишь Старый? Совсем охренел? На часах уже семь тридцать, ты всех клиентов так пропустишь! Давай шевелись! – начал быковать один из них.

– Короче! Сегодня будешь работать в поле в обоссанном пальто! Понял! Поедешь отсюда и до Парнаса, а потом обратно! Сдашь прибыль и снова поедешь, но уже с пересадкой на красную ветку! Осознал? – определил фронт работ другой “брат”.

– Да, – без возражений согласился Андрей и открыл дверь газели. За ней была спрятана одежда, плакаты с какими-то надписями и прочий хлам. Андрей снял свою куртку и положил в мусорный пакет, завязав его на крепкий узел. Из другого пакета было извлечено рваное пальто, воняющее мочой и потом. Но Андрея это всё не волновало.

Не прощаясь, он взял небольшой мешочек, приготовленный для него заранее, и молча завернул за угол, вливаясь в толпу, что двигалась по направлению к метро. Прошел через турникеты и спустился по эскалатору. На людей смотреть не хотелось, Андрей чувствовал, что на него обращены сотни враждебных глаз, кому понравится стареющий мужик, одетый в вонючее, бомжеватого вида пальто, с лёгким, но ощутимым запахом пота и мочи. Он ехал вниз с закрытыми глазами, снова вспоминая утро, тишину, запах кофе, вид из окна, обжигающую нутро водку. Он снова был один, и весь мир принадлежал только ему, хотя бы на мгновение. Но стоило открыть глаза, сотни взглядов, голосов и их владельцев набросились на эти крохи воспоминаний, растоптав утро в пыль. Поезд уже стоял на платформе и все окружающие, сходя с эскалатора, торопились, стараясь успеть до закрытия дверей добежать до него. Андрей, подчиняясь ускорению потока, тоже перешел на бег. Толпу засосало вовнутрь вместе с ним. Он выждал фразы “Осторожно! Двери закрываются…” и набрав воздуха в легкие произнес:

– Люди добрые! Простите, что к вам обращаюсь! Помогите, чем можете! У меня сгорел дом и ничего не осталось! Не будьте равнодушными…