Михаил ПОПОВ. ДЕРЕВЕНСКИЙ РАСПЕВ. Жизнь журналов: «Двина», №1-2016

Автор: Михаил (Константинович) ПОПОВ | Рубрика: РЕЦЕНЗИЯ | Просмотров: 870 | Дата: 2016-02-29 | Комментариев: 0

 

Михаил ПОПОВ, главный редактор журнала «Двина»

ДЕРЕВЕНСКИЙ РАСПЕВ

Жизнь журналов: «Двина», №1-2016

 

Тему этого номера определил Рубцов, певец северной и русской деревни, чей 80-летний юбилей Россия отметила в начале года. Новинка открывается подборкой его стихов «Тихая моя родина…» и словом о поэте Владимира Личутина. Однако тональность выпуска задаёт не ностальгическая нота, как можно было бы предположить, связав с прологом. Вектор номера – полемика, возникшая на страницах «Двины». А предмет баталии – творчество писателей- деревенщиков.

В одном журнале прошло интервью с известным литератором. Меня зацепил такой вопрос:

Почвенническая литература, констатировавшая совершавшуюся гибель русской деревни, как мне кажется, не выработала пути выхода из кризиса, не подсказала его, не укрепила нацию духовно. Она не оказалась той нравственной, духовной опорой, которой была сразу после войны и продолжает оставаться сейчас военная литература. Как вы считаете, верны ли мои ощущения? Не кажется ли вам, что этот путь в литературе оказался вроде бы в какой-то мере ложным и закончился ничем? Просто это направление в литературном процессе тихо сошло на нет, умерло, будто его и не было.

Не знаю, что поразило больше всего. То ли, что так ставится вопрос не в гламурном, гнездящемся внутри Садового кольца, журнале, а в провинциальном, а главное – патриотическом литературном издании. То ли ответ на вопрос, в котором не прозвучало даже намёка на возражение. То ли, что литератор – выходец из глубинки, мало того – нашей, северной глубинки, и к тому же… сам пишет о деревне…

 

Досады добавила бездарная экранизация тетралогии Фёдора Абрамова «Братья и сёстры» – результат столичной спеси, верхоглядства, чванства и русофобии.

Но доконала реакция на моё смятение одного молодого коллеги.

Я переслал ему то самое интервью и предложил высказаться. Человек патриотически мыслящий, он сумеет найти верный тон и нужные слова, думал я, тем паче, что по многим проблемам наши взгляды совпадают. Увы, поддержки я не дождался. «Деревенская» литература, – написал по электронке земляк, стала особой формой литературного старообрядчества, которая туго и с неохотой воспринимает всё новое. …Она осталась самозамкнутой, сама загнала себя в сруб, готовая его поджечь…». И вот после этого, обобщив фрагменты того интервью, переписку с молодым литератором, я вынес полемику на общественный суд. Откликов было много. Отозвались коллеги по писательской организации, педагоги-словесники, отозвались почитатели деревенской прозы, причём не только из глубинки. Выделил нескольких, кто высказался наиболее обстоятельно. Это Елена Галимова, Николай Васильев, Илья Иконников, Ольга Корзова, Александр Чашев. В качестве резюме – цитата из публикации Елены Галимовой, доктора филологических наук, профессора САФУ:

«…Попытки умалить, принизить достижения деревенской прозы предпринимались с появления первых же заметных публикаций её создателей. И почему это происходило и происходит – тоже давно всем понятно. ...Уверена: большинству читателей уже нескольких поколений эти писатели смогли дать очень и очень многое. То есть большинство сумело услышать и понять их слово. Это ведь тоже не всем дано – понять и услышать душой и сердцем…».

Кто плохо всегда слышал, а сейчас, похоже, и совсем оглох – наши управители. Тот самый «жаренный петух» клюёт в самое темечко и уже криком заходится, мол, продовольственная блокада, продукты дорожают, а родная земля впусте лежит. Не слышат…

Очередную попытку докричаться-достучаться до власти делает наш земляк Сергей Кириллов, автор эпопеи о северной деревне Уйдома. Здесь печатается его очерк, в котором выходец из деревни склоняет повинную голову, что родная земля не обихожена, и приводит письма, адресованные властям, в которых представляет вопиющие факты деревенской разрухи. «Мать-сыра земля…Матушка», – кажется, даже заголовок очерка набряк горючими сыновними слезами.

Такие выступления, перекликаясь с публицистикой Фёдора Абрамова, Василия Белова, Валентина Распутина, Бориса Можаева, продолжают патриотическую линию писателей-деревенщиков.

Им вторит проза и поэзия свежего номера. Автор продолжения «Уйдомы» живёт в Калининграде, автор документальной прозы «Деревня на погляденье» Анатолий Байбородин – на Байкале. Две публикаций, словно скобки-меридианы, охватывают пространства деревенской России. А изнутри это пространство «прошито» короткими подборками стихов из российской глубинки, связанных рубрикой «Песни русских просторов».

Однако мне как редактору в этом литературном своде видится и ещё один образ – распахнутая во всю ивановскую деревенская гармонь. Она то одаривает радостной мелодией бытия – стихи молодой сельской поэтессы Ирины Кемаковой «Голосящий куст»; то грустью увядания – подборка Надежды Князевой «Жёлтые снимки». То разноголосьем-распевом трио Татьян – Бечиной, Полежаевой и Щербининой. Они тёзки, но поэтические голоса у каждой наособицу, как и их родовые деревенские гнёзда. То же и в прозе. Галина Рудакова, живущая близ родных мест Ломоносова, известна стихами – недавно за поэтический сборник «Когда цветёт светлынь-трава» она была удостоена Всероссийской премии «Имперская культура». Здесь идут документальные рассказы Галины. Повесть Лидии Синцовой «Марьины заботушки» отличается деревенским простодушием и открытостью нравов. А в рассказах Ирины Турченко звучит тонкая грусть и ненавязчивый юмор.

Что ждёт русскую и, в частности, северную деревню, о которой радели её сыны-писатели? Судьба древней заброшенной часовни (очерк Любови Шаповаловой «Без креста») проецируется на упадок окрестностей. И наоборот – возрождение скромной сельской обители (рассказ Юрия Турандина «Ключи от рая») оборачивается подъёмом деревенского духа, казалось бы, напрочь утраченного.

Устоит деревня – не пропадёт Божьей милостью нация и Россия. А не устоит…

 

г.Архангельск